реклама

ПОЛИТ-НН.РУ
Google
 
15 Декабря 2018г., Суббота

Нижний Новгород на культурной карте России: есть, о чем поговорить


Представляем вниманию читателей стенограмму заседания Нижегородского эксперт-клуба, прошедшего 14 ноября 2018 года.

В заседании принимали участие:

Денис Барышников, начальник отдела взаимодействия с политическими партиями министерства внутренней политики Нижегородской области;

Сергей Горин, депутат думы Нижнего Новгорода;

Александр Златов, политолог;

Валерий Зусман, доктор филологических наук, профессор, директор филиала НИУ ВШЭ в Нижнем Новгороде;

Владимир Лапырин, координатор Нижегородского эксперт-клуба;

Александр Мазин, профессор Нижегородского института управления (филиал РАНХиГС), лауреат премии «Пробуждение»;

Сергей Мазин, историк, краевед, телеведущий;

Георгий Молокин, кинодраматург, журналист;

Сергей Раков, член коллегии Нижегородского эксперт-клуба;

Геннадий Рябов, советник ректора НИУ ВШЭ в Нижнем Новгороде;

Александр Суханов, кандидат философских наук, координатор Нижегородского эксперт-клуба;

Александр Сысоев, директор «Российской газеты» (Нижегородский филиал);

Анна Таланова, PR-менеджер Нижегородского государственного художественного музея;

Игорь Чурдалев, поэт;

Олег Шакирский, директор рекламной группы «Хорошие идеи».

Александр Суханов: Итак, уважаемые коллеги, давайте начинать. Тем более, некоторые наши участники сегодня, к сожалению, ограничены во времени и вынуждены будут нас покинуть чуть раньше, оставив нас обсуждать дальше в более узком составе. Но я думаю, что это нас не напугает.

Владимир Лапырин: Никогда.

Александр Суханов: Да. Несколько организационных вопросов для тех, кто нечасто у нас бывает. Говорим в микрофоны. По каждой стороне стоит свой микрофон – он включен, ничего с ним делать не надо. Передаем тому, кто говорит, и говорим в микрофон. Но микрофон не усиливает звук здесь – он только для записи. Ведется запись стенограммы всех выступлений. Фиксируется все, да.

Владимир Лапырин: Дословно.

Александр Суханов: Поэтому говорим громко, чтобы мы друг друга слышали, а говорим в микрофон. На выступление 5-6 минут мы даем. Для этого у нас специально используются подаренные Солодким Павлом Михайловичем часы золотые…

Владимир Лапырин: Половина песка уже оттуда ушла на сувениры…

Александр Суханов: Ну, уже высыпалась… Владимир Викторович, вы уж не напоминайте, что мы в том возрасте, когда что-то сыплется.

Владимир Лапырин: Все держится…

Олег Шакирский: Нет, ну, во-первых, это часы Солодкого…

Владимир Лапырин: Да, совершенно верно, уточним…

Александр Суханов: Песок-то его, да? (Смеется.) И я обычно, когда время истекает, показываю – поднимаю часы. Это означает, что осталось немного времени – можно завершать выступление или просить еще добавочного времени.

Владимир Лапырин: Хранитель времени – Александр Овидиевич Суханов, кандидат философских наук.

Александр Суханов: Сейчас я скажу, кто ведет. Ведут заседание традиционно Владимир Викторович Лапырин – один из отцов-основателей нашего клуба, и я – Александр Овидиевич Суханов.

Информационными партнерами на сегодняшний момент является целый ряд изданий. Это «АПН – Нижний Новгород», «Полит-НН.Ру», информационное агентство «Нижний Сейчас», газета «Московский комсомолец» в Нижнем Новгороде», газета и портал «Нижегородская правда» и газета «Жилищный вопрос». Во всех этих изданиях появляются материалы о наших заседаниях, по обсуждаемым темам могут просить комментарии наших экспертов – участников наших заседаний. И на «Полит-НН» потом публикуется расшифровка нашей стенограммы. Параллельно с этим нашими силами делаются небольшие ролики – 7-10 минут, которые вывешиваются на нашем канале в Youtube – «Нижегородский эксперт-клуб».

Владимир Лапырин: Ну, и на «Медиа Страйке» тоже – на площадке.

Александр Суханов: На «Медиа Страйке» - безусловно. Это, как говорится, те официальные слова, которые мы обязаны сказать. И теперь по нашей теме.

Выбор темы, на мой взгляд, определяется тремя моментами. Первый момент: мы все хорошо помним, что когда-то заявлялась задача сделать Нижний Новгород культурной столицей России.

Георгий Молокин: Провинциальной России. (Александр Суханов смеется.) Нет, серьезно.

Владимир Лапырин: Поволжья.

Георгий Молокин: С Кириенко было – провинциальной России.

Александр Суханов: Все уточнения – потом. Культурной столицей России – вот это я помню.

Георгий Молокин: Провинциальной России.

Александр Суханов: Или что-то с моей памятью стало. Уточнения шли потом. Но получилось это решить или нет – даже с учетом провинциальной России и так далее? На мой взгляд, вопрос остается открытым. Но он не только открыт в этом плане, он открыт и в другом плане: а нужна ли отдельно взятая культурная столица России? Это что же получается – что все остальные города – некультурные? Или просто не столицы?

Владимир Лапырин: А мы сейчас уточним.

Александр Суханов: Мы сейчас будем уточнять. Я сейчас просто ставлю проблему.

Второй момент, который определял выбор темы, связан с тем, что близится 800-летие нашего города. И подготовка к нему не может обойти вопросов развития культуры в нашем регионе, в нашем городе в связи с этими событиями. Поэтому мы их тоже должны будем сегодня каким-то образом затронуть: какие перспективы, какие тенденции, что в этом направлении делается.

И третий момент связан конкретно уже с теми вопросами, которые обозначены в том, что у вас выдано в качестве небольшой подсказки. А сколько культуры и какой должно быть? Какие условия необходимы, чтобы культура развивалась? И самый главный вопрос: что значит управлять культурой? У нас сегодня здесь присутствует достаточно большое количество лиц творческих профессий, которые сами делают эту культуру…

Владимир Лапырин: И управленческих.

Александр Суханов: И управленческих, да. Но вот попробуйте управлять вот этой творческой интеллигенцией… Она неуправляема, на мой взгляд.

Владимир Лапырин: Запросто. Что вы!

Александр Суханов: Поэтому – управлять культурой – что это такое? Вот Александр Леонидович уже подсказывает ответ – это, скорее всего, управление деньгами. Но какими, как – это уже второй вопрос.

Поэтому эти вопросы мы сегодня постараемся с вами рассмотреть. И мне кажется, что они все вызывают…

Владимир Лапырин: Александр Овидиевич, только я бы добавил ложку дегтя сразу в наш сегодняшний разговор…

Александр Суханов: Вот вы сразу чего-нибудь…

Владимир Лапырин: Сразу, да. По одной простой причине: вопрос «какой и сколько?» - достаточно занятный, но Георгий Сергеевич уточнил – провинциальной культуры провинциальных городов российских. Я бы сказал, что мещанских городов России. Мне кажется, что сегодня Нижний Новгород – это город образованных людей, город образования – его можно так назвать. Но вот культурный ли он? Большой вопрос.

Александр Суханов: Хорошо…

Владимир Лапырин: Я просто поясню, чтобы сразу мысль была понятна. В этом году мы праздновали юбилей Горького. Правильно? Правильно. И, естественно, целый ряд семинаров был этому посвящен, и речей много мы наслушались хороших и справедливых. Но я вырос и родился на площади Горького. Она была в безобразном состоянии и до сих находится – в этот самый юбилейный год.

Александр Суханов: Это уже не департамент культуры.

Владимир Лапырин: Неважно. Разбитые бордюры, сломанные фонари разбитые, рядом ступеньки обвалившиеся. Все, увы цветники… Хоть и был один, но… Я к чему это говорю? К тому, что даже в год юбилейный для Горького мы центральную площадь не смогли оборудовать. Я это отношу и к себе. Нет денег у города? Могли бы, наверное, скинуться сами горожане. Но вот мещанское наше прошлое, видимо, сказалось и здесь. Даже встречая гостей великих со всего мира, мы не сумели показать эту главную площадь в ее исторической красе. Поэтому «сколько и какая?» - мне кажется, наши парки, скверы и площади – вот лицо нашей, как говорит Георгий Сергеевич, провинциальности… Она здесь видна до сих пор.

Александр Суханов: Хорошо. Ложка дегтя, как говорится, показана…

Владимир Лапырин: Неуважение к себе. Это культура.

Александр Суханов: Но я бы хотел сделать еще одно маленькое, как говорится, алаверды. В каком смысле? Если мы сейчас будем все перечислять, чего у нас плохо с точки зрения, где грязно, где сломано, где что-то…

Владимир Лапырин: А дело не в этом…

Александр Суханов: Да, именно не в этом. Надо, наверное, подумать о том, как это изменить и возможно ли это изменить. А поскольку среди нас сегодня присутствует человек, который проблемами культуры занимался, в отличие от нас, практически долго и успешно, на мой взгляд… Сергей Александрович, будьте добры. Горин Сергей Александрович, депутат городского совета, бывший долгие годы министром культуры.

Сергей Горин: Честно сказать, я не готов говорить… Надо в микрофон? Не слышно?

Александр Суханов: В микрофон, да, но погромче для нас.

Сергей Горин: А, понял… А мне кажется – и так пишут, без микрофона…

Я немножко не готов к теме этой, но в отношении частностей могу что сказать? У нас очень много такого, на что надо скидываться всем. А скидываться-то кто будет? Простые ребята, у которых пенсия 8-10 тысяч рублей или у которых зарплата 15-25 тысяч? Им не из чего скидываться. А тот, у кого есть, из чего скидываться, он потому и богатый, что он не скидывается. Я так скажу.

Поэтому то, о чем вы говорите – об этих частностях – это дело власти – муниципальной, региональной, федеральной.

Владимир Лапырин: Ну, и о властной культуре это тоже говорит многое…

Сергей Горин: Но там ведь тоже… Я, например, знаю положение вещей и никогда не питал иллюзий по поводу бюджета любого – регионального или же городского.

Теперь по вопросам. «Культуры в большом городе какой и сколько должно быть?» Ну, под культурой мы что сейчас будем иметь в виду? Отрасль, которая официально называется, и понятно, чем занимается? Или же мы будем общее состояние? Если общее состояние, то слово «культура» в советском справочнике трактуется как состояние общества. И я на эту тему хотел бы несколько вещей сказать.

Вот я участвовал в выборной кампании – один единственный человек, который сформулировал более-менее четко задачи, когда обсуждалась стратегия, чего он ожидает в окончании – к 35 году, это был молодой человек лет 28-30. Он сказал: «Я ожидаю, что будут созданы условия для всестороннего развития личности». Ни сквер построенный, ни производительность труда, ни еще что-нибудь, а условия для всестороннего развития личности.

Хочу напомнить вам, что в начале 70-ых годов был принят закон об обязательном всеобщем среднем образовании в СССР. СССР был первой страной, которая приняла такой закон, вторыми были японцы. И там в преамбуле говорилось: «В целях воспитания всесторонне развитого советского человека». Советского уберите – в целях воспитания всесторонне развитого человека. Сейчас федеральный министр образования где-то года 3-4 назад в интервью – я прямо по радио слышал сам – заявил, что наша задача – воспитывать грамотного потребителя. Обратите внимание: с одной стороны – всесторонне развитый человек, а это значит – человек, имеющий самостоятельное мышление, с другой стороны – грамотный потребитель, то есть, существо, грамотно жующее то, что ему дают. Вот о том, какой должна быть культура.

В отношении культурной столицы – эти разговоры, я считаю, такие популистские. Дело в том, что Нижнему Новгороду не нужно ни на что претендовать и не нужно этим заниматься. Город с университетами, с хорошими высшими учебными заведениями, с передовой наукой, с грамотным населением – ну, о чем там говорить, с кем сравнивать? Это самодостаточный город, самобытный город, со своим характером. Это просто игра какая-то терминологией – столица, не столица… Она совершенно не нужна. Другое дело – как нам создавать условия для всестороннего развития личности.

Здесь у вас вопрос: «Условия, необходимые для развития культуры». Еще напомню – в советское время существовали творческие союзы. Творческие союзы имели государственную подпитку. Я однажды директору НИРФИ Разину Владимиру Андреевичу задал вопрос. Мы с ним рассуждали о математической школе Германии, которая была уничтожена после Второй мировой войны. Он говорит: «Для того чтобы восстановить школу нужно несколько поколений – для того чтобы создать среду, и в этой среде будут воспитываться ученые». Вот эти творческие союзы были средой, в которой воспитывались писатели. То есть, появлялись, допустим, 5000 писателей на Советский Союз, а знаем мы с вами, дай Бог, человек пять. Но нужна среда, в которой развиваются. Закупали у художников картины – они совершенно не представляли художественной ценности в основной своей массе. Но тем самым поддерживали среду. И прочее-прочее.

Сейчас, по вашему мнению, есть ли создание и государственное финансирование этой среды? Есть, но не союзов творческих, а отдельных организаций. Ну, например, региональное правительство, как и муниципалитет, содержит театры. Выделяется часть денег на содержание театров. Часть они зарабатывают сами, а часть выделяется. Но выделяются только деньги. Никто не диктует им: «Это ставьте, а это не ставьте». Никто. То есть, нет такого, что ты обязан поставить прославляющее вот это, а ты вот это не должен ставить. Они – сами хозяева. Поэтому мне порой бывает удивительно, когда говорят, что мы вынуждены плясать под дудку. Не под какую дудку там никто не пляшет: они работают самостоятельно.

И вот правильно Александр Леонидович реплику бросил и Георгий Сергеевич – платите деньги – и вам сыграют. Сколько у вас денег? Две копейки? Ну, на балалайке два раза брякнут. Если у вас больше, я вам привезу симфонический оркестр. Сколько у вас денег – на столько я вам и сыграю.

Но сама идеология – либо всесторонне развитый, либо грамотный потребитель – эту идеологию устанавливает государство и финансирует осуществление этой идеологии через все институты, которые доступны. А в идеологической системе у нас — система образования, система культуры и прочее-прочее-прочее. Я имею в виду печать, журналистика – все, что хотите. Так называемая независимая журналистика – тоже.

Ну, вот примерно такие соображения.

Александр Суханов: Так же, как независимая культура, да?

Сергей Горин: То есть, культура – это та же самая пища, необходимая человеку. Если мы финансируем сельское хозяйство, промышленность и науку, то и это нужно не в меньшей степени финансировать. Потому что, в конечном итоге, когда мы с вами занимаемся археологией и прочим, мы с вами прежде всего обращаем внимание на то, каково было состояние культуры – какова была литература, какова была наука и прочее. Вот в это и надо вкладывать. Мне кажется, здесь схема-то очень простая.

Владимир Лапырин: Так у вас оптимизм преобладает или пессимизм?

Сергей Горин: У меня?

Владимир Лапырин: Да.

Сергей Горин: У меня преобладает жизненный опыт. (Смех в зале.)

Владимир Лапырин: Отлично!

Александр Суханов: И что он вам говорит?

Сергей Горин: Жизненный опыт мне говорит…

Владимир Лапырин: Остаточный принцип?

Сергей Горин: Да. И я это говорю молодым: «Все подвергайте сомнению, читайте как можно больше литературы художественной, читайте учебники по истории разных авторов. Как можно больше в себя разной информации вкладывайте. На основе разной информации вы будете иметь более-менее реальное представление о времени».

Владимир Лапырин: Или запутаетесь окончательно.

Сергей Горин: Кто не запутался – поднимите руку. (Смех в зале. ) Кто знает, что есть истина – поднимите руку.

Александр Суханов: Спасибо.

Георгий Молокин: Христос и Пилат.

Александр Суханов: Мне кажется, что Сергей Александрович очень хорошо и удачно подвел нас к проблемам образовательно-воспитательным, без которых невозможно развиваться культуре. С другой стороны, возникло некое противоречие. Мне как показалось? С одной стороны, культура без финансов не может развиваться: или зарабатывайте, или получайте бюджетные деньги – вот тогда будет. Александр Леонидович нам потом об экономике расскажет. Но ведь существует еще один постулат – что художник должен быть голодным, что голодный художник лучше творит. Есть такой постулат? Есть где-то, встречается. Миф ли это или еще что-то? Так вот Валерий Григорьевич – директор Нижегородского филиала Высшей школы экономики.

Валерий Зусман: Я должен ответить за голодного художника?!

Александр Суханов: Нет…

Владимир Лапырин: Обосновать.

Александр Суханов: Кого вы готовите – голодных художников или сытых? Микрофон передайте, пожалуйста, Георгий Сергеевич.

Георгий Молокин: А да, пожалуйста.

Александр Суханов: Нет-нет, прямо на стойке.

Георгий Молокин: На стойке, пожалуйста.

Александр Суханов: Микрофон включен, ничего не трогаем.

Валерий Зусман: Уважаемые коллеги, добрый день еще раз! Очень приятно видеть знакомые лица. Спасибо большое за ваши рассуждения. У меня нет ответа насчет голодного художника. Я не уверен, что художник должен быть голодным, как-то мне не кажется, что это ему всегда будет помогать. Но это не моя область.

Георгий Молокин: Это к диетологам.

Александр Суханов: Нет, это к художникам. Они у нас здесь есть, они нам сейчас расскажут.

Георгий Молокин: Анна Николаевна может по поводу голодных художников…

Александр Суханов: Мы сейчас ее спросим.

Валерий Зусман: Надо спросить Аню, конечно. Я хочу сказать, что денег нет и не будет, если не будет того, подо что деньги могут появиться.

Владимир Лапырин: «Но вы держитесь»…

Валерий Зусман: А деньги могут появиться только под какие-то интересные вещи, которые рождаются не по схеме «вы мне дали – вот, извольте, я вам тоже дам», а они рождаются из избытка. Вообще избыток – это такое понятие, которое, мне кажется, очень существенно для всех областей жизни, включая и культуру. Без этого избытка не получается ничего настоящего в жизни. Я не собираюсь сейчас вдаваться в воспоминания о древнеанглийском эпосе – например, об эпосе «Беовульф», но там о главном герое говорится, что он ever mode. (Геннадию Рябову) Как перевести это ever mode, Геннадий Петрович? У него был сверхзапал такой. И вот благодаря этому сверхзапалу он совершает свои подвиги. Без этого запала ничего вообще не получится.

Что у нас есть узнаваемого в Нижегородской области? Оставим открытым вопрос о столичности того или иного сорта. У нас есть «Сахаровский фестиваль» - спасибо Ольге Николаевне Томиной: огромными усилиями он дается. У нас в советское время – Сергей Александрович это великолепно знает – были из ряда вон выходящие события музыкальные, которые были возможны по тем временам, наверное, только в закрытом городе. Поскольку закрытый город никому не интересен, иностранцев нет, шума не будет – вот вам фестиваль Дмитрия Дмитриевича Шостаковича. Израиль Борисович Гусман – главный дирижер тогдашний симфонического оркестра – совершенно великолепно исполняет эту музыку и хорошо знаком с Дмитрием Дмитриевичем, и они понимают друг друга. А вот другое время – фестиваль Альфреда Гарриевича Шнитке, но это все еще закрытый город – ради Бога, все можно, потому что все нельзя. Вот эта схема.

Теперь у нас есть еще Болдино, но о Болдино уже знают меньше. Оно такое региональное нерегиональное явление. Очень бы хотелось его вывести из сугубо местного такого разряда.

Нам нужно сделать постараться Нижний Новгород узнаваемым на этой самой воображаемой карте России. Как его делать? Благодаря вот этому сверхзапалу. Вот у Романа Юрьевича Жукарина – его нет сегодня – есть такой сверхзапал. Он создает такие экспозиции, которые совершенно не носят местного характера. Последняя выставка, которая была у нас – «Русский импрессионизм: путь к свету», которая с поддержкой «Лукойла», насколько я понимаю, была. Найти эту поддержку «Лукойла» - сверхзапал, привезти сюда работы из «Русского музея» и «Третьяковки» со страховкой и всеми ответственностями, включая финансовые – сверхзапал. Это произошло. Это делает Нижний Новгород заметным.

За счет чего еще можно пытаться нам сделать Нижний Новгород заметным, чтобы увеличить туристические потоки, отсюда могли бы появиться деньги, и усилилась бы эта узнаваемость? За счет того, что есть у нас, и чего нельзя отнять, даже если очень захотеть. Никак нельзя отнять Волгу и Оку: они были до нас, будут после нас. Волга и Ока, особенно Стрелка – это элемент узнаваемости нашего ландшафта, делающий наш ландшафт культурно уникальным. И, стало быть, надо было бы стягивать все вокруг этого абсолютного преимущества Нижнего Новгорода.

Ну, например, литературу – нехорошо ее забывать. Например, нехорошо забывать, что с Нижним Новгородом был связан – правда, казанский по рождению, но все-таки во многом по жизни, по этапам биографии нижегородский автор – Евгений Николаевич Чириков. У нас же не один Алексей Максимович Горький здесь был. Евгений Николаевич Чириков – замечательный совершенно автор. У него есть «Волжские сказки» - о них никто не знает. А это та самая мифология нашего края, которую вполне можно было бы делать очень значимой. Ну, и где находится музей литературный Евгения Николаевича Чирикова сейчас, какая его судьба? Куски экспозиции в усеченном виде – в Высшей школе экономики на Автозаводе – в корпусе на Львовской как во временном пристанище. Потому что деться было Михаилу Александровичу Чирикову – правнуку писателя – просто некуда. Это не подвиг Высшей школы экономики, а это безобразие нашего города. Потому что для этого музея нужна совершенно другая площадка в центре города, а вовсе не на Автозаводе.

Что еще можно сделать, чтобы сделать город узнаваемым? Нужны образовательные программы, которые имеют своей спецификой вот эту культурную составляющую. Мы открыли такую магистерскую программу, она очень тяжело идет – Георгий Сергеевич Молокин нам очень много помогал, он знает об этом - «Литература и медиа». Цель программы – именно эта. Сделать Нижний Новгород в конечном счете узнаваемым. Мы думаем уже много лет – не знаем, как это сделать – об открытии другой программы – по арт-менеджменту. И я думаю, что эта программа тоже способствовать будет тому, чтобы Нижний Новгород был на культурной карте России узнаваемым. Без этих вещей, думаю я, ничего не получится.

Я резюмирую. Не надо быть голодным или сытым – надо иметь удовольствие от того, чем ты занимаешься. Ролан Барт говорил: «Удовольствие от текста». Должно быть удовольствие от культуры. Не будет удовольствия – не будет ничего. Удовольствие рождает радость и стремление делать то, за что тебе не обязательно заплатят то, что ты ждешь. Должен быть запас энергии. Вот с этим запасом энергии надо делать то, что будет брендировать Нижний Новгород.

Спасибо.

Александр Суханов: Спасибо.

Владимир Лапырин: А вот вопрос. Запас энергии чем стимулируется? Как мотивируется?

Георгий Молокин: Внутренним драйвом.

Владимир Лапырин: Драйв тоже не появляется сам по себе.

Георгий Молокин: А это биология.

Владимир Лапырин: Биология?

Георгий Молокин: Генетика. Это по приказу не делается.

Валерий Зусман: Откуда взять запас энергии...

Александр Суханов: Сергей Александрович, пожалуйста.

Александр Мазин: Другое дело, как это будет сочетаться с талантом или не будет. Но деньги в любом случае будут нужны.

Александр Суханов: Микрофон оставьте на этом ряду. У нас – свой.

Сергей Горин: Дорогие друзья, я прошу меня простить: я пойду. Но, если говорить о частностях, мне бы хотелось, чтобы не упустили следующий момент. Сейчас у нас много разговоров вокруг Стрелки, а несколько лет назад было много разговоров о Волжской пойме – вернее, лугах волжских. Мое мнение на этот счет: не надо ничего трогать, насладитесь пока тем, что есть, оставьте это все. Вот это мое мнение.

Георгий Молокин: Не навредить.

Сергей Горин: Не навредить, да, правильно, Георгий Сергеевич. А то, что вы сейчас, Александр Овидиевич, проговорили про 800-летие – Георгий Сергеевич очень плотно с группой товарищей поработал…

Георгий Молокин: Я скажу.

Сергей Горин: … над концепцией проведения. То, о чем он будет говорить – я с ним согласен полностью.

Александр Суханов: Мы ему слово обязательно дадим. Спасибо, Сергей Александрович.

Сергей Горин: Друзья мои, это я по поводу того, что, если было нужно мое мнение по поводу того, что Георгий Сергеевич – я за. Но о 800-летии, Георгий Сергеевич, я должен же сказать свою позицию.

Александр Суханов: Хорошо. Спасибо, Сергей Александрович.

Сергей Горин: Спасибо, друзья. Извините, что я вас покидаю.

Владимир Лапырин: Среда определяет сознание.

Александр Суханов: Александр Леонидович, Геннадию Петровичу передайте микрофон, пожалуйста, потому что там тоже время поджимает.

Геннадий Петрович, вы долгое время были ректором Института иностранных языков – университета лингвистического. Ваши студенты разъезжались по всему миру. Вот представляли они там Россию или Нижний Новгород все-таки? Какова их роль в возможности представить Нижний Новгород не только на карте России, но и на мировой карте?

Геннадий Рябов: Спасибо, Александр Овидиевич. Я тоже очень рад всех видеть – знакомые лица. И хотел начать вот, с чего. Мы все – старорежимные, вот те, кто старорежимные люди – мы были воспитаны на марксистском тезисе «экономика – базис, а культура – это надстройка». Но, знаете, когда изменились времена, и, например, был открыт Нижний Новгород, я пытался развенчать этот марксовский тезис. Оно действительно так было – когда открылся Нижний Новгород, то вначале все международные связи пошли через Иняз, и они были культурные и образовательные. И только после этого возникли экономические какие-то связи, экономическое сотрудничество.

Георгий Молокин: Да!

Геннадий Рябов: В связи с этим я хочу сказать, что вы прекрасно знаете нашего – опять в прошлом – известного министра финансов и экономики, нынче – Ясин Евгений – кто он? Научный руководитель Высшей школы экономики, профессор Евгений Григорьевич Ясин ведет громаднейшую программу или проект, который называется «Культура имеет значение». И недавно на международной конференции они представили доклад, с моей точки зрения как лингвиста, очень интересный. Они говорили о том, что культура воздействует и на специфику рынка труда, и на экономический рост и потенциал страны. И даже говорили о том, что, в зависимости от языка… То есть, мы все время задаем вопрос, какими словами мы пользуемся, когда даже сегодня говорим. Мы говорим, как живем? Или мы живем, как говорим? Это очень глубокий вопрос. Я как-то написал статью с ответом на этот вопрос. Но вот Евгений Григорьевич вместе с деканом факультета Александром Аузаном провели исследование международное, где говорится о том, что от культуры и особенно от языка зависит будущее нации.

Просто несколько примеров. В среднем в странах, где говорят на языках с четким разделением настоящего и будущего времени, как в России, доля экономики в ВВП увеличивается примерно на пять процентов. Но носители языка, в котором для выражения будущего используется настоящее время, к моменту выхода на пенсию накапливают 40 процентов. Вот очень интересное наблюдение.

Еще говорили, что одной из проблем в нынешнем экономическом развитии, особенно для России, является слабое использование богатого российского человеческого (культурного) потенциала. В итоге образуются ножницы между экономикой и уровнем накопленного культурного капитала. «Российская экономика гораздо примитивнее, - делают вывод авторы, - чем здешний уровень человеческого культурного потенциала». Мне кажется, это очень интересное наблюдение.

Георгий Молокин: Браво!

Геннадий Рябов: Ну, а если говорить о том, можно ли управлять культурой — здесь уже говорили правильно. Мне кажется, культурой управлять невозможно, но можно влиять на культуру, на формирование различных культурных кодов. И если говорить про стремление Нижнего Новгорода стать культурной столицей — ну, мне кажется, это один из показателей или элементов провинциализма. Мне нравится высказывание другого умного человека, который сказал: «Культура рождается в провинции, вырождается в столицах и в этой форме возвращается в провинцию». (Смех в зале.)

Георгий Молокин: Браво!

Геннадий Рябов: Поэтому мне кажется, что на самом деле управлять культурой нужно через помощь, в том числе и материальную, творческим коллективам. Спасибо.

Александр Суханов: Спасибо. Нет вопросов к Геннадию Петровичу?

Георгий Молокин: Вопросов нет. Аплодисменты. А кто сказал?

Геннадий Рябов: Это Хенрик Берциль.

Александр Суханов: Замечательно Геннадий Петрович подвел нас к проблемам развития культуры и дальнейшего обсуждения. Но мне как раз, пока Геннадий Петрович выступал, вспомнилось, что я буквально на днях — может быть, сегодня ночью — наткнулся на интересное сообщение. Министр образования Великобритании заявил, что они завершили переход своей системы образования на советскую систему. Теперь они готовят уже в течение нескольких лет в школах, в образовательных учреждениях по советским учебникам, особенно естественным — физика, математика, переведенным — не апробированным, а именно переведенным в том виде, в каком они существовали. И уровень подготовки по физике, математике и этим предметам, которые стали преподавать по советской системе, поднялся существеннейшим образом буквально за два года.

Георгий Молокин: Нет пророка в своем Отечестве.

Александр Суханов: Это к вопросу о культуре, культурных столицах и дальнейшем.

И я бы хотел, чтобы к нашему разговору подключилась Анна Николаевна. Анна Николаевна Таланова, это художественный музей...

Геннадий Рябов: Она не из управления культуры, поэтому она не управляет культурой.

Георгий Молокин: Она не из управления культуры?..

Анна Таланова: Нет-нет.

Александр Суханов: Исправляю оплошность.

Анна Таланова: Я — из художественного музея. Роман Юрьевич не присутствует...

Александр Суханов: Но эта оговорка может привести к тому, что она станет работником управления культуры.

Анна Таланова: Нет! Нет, спасибо.

Владимир Лапырин: Никогда.

Георгий Молокин: Она слишком хороша для этого. (Анна Таланова смеется.) А все ушли.

Анна Таланова: А все ушли, да.

Александр Суханов: Нет, ушли только те, кто заявили, что у них, к сожалению...

Анна Таланова: Нет, вы знаете, я очень могу кратко сказать. Потому что...

Сергей Раков: Простите этих мужчин.

Александр Суханов: Пожалуйста.

Анна Таланова: Вы знаете, я — человек, который работает на практике. Я занимаюсь развитием художественного музея, я преподаю в университете. Поэтому я думаю, что это прекрасно, конечно — такие разговоры... И, в общем, они вечные разговоры. И, конечно, я всегда за то, что, например, собираются люди, обсуждают конкретное дело, решают, как его всем вместе сделать и идут его делать.

Поэтому я не знаю, что сказать по всем этим пунктам. Очень много всего. У меня муж — художник. И про голодных художников — это тоже странное высказывание.

Про то, что мы должны заниматься образованием, готовить детей к тому, чтобы они понимали, зачем им нужна культура — вот это, наверное, да. Управлять культурой уже где-то на каком-то уровне — невозможно. Подводить детей к тому, чтобы они поняли, зачем им нужно слушать музыку, читать книги, учиться в школе — вот этот самый момент.

Слушайте, это такая структура, которую мы сейчас с вами не решим. Поэтому я не могу вам долго ничего говорить. Если какие-то конкретные вопросы есть — я отвечу.

Георгий Молокин: Но не уходи.

Анна Таланова: Не уйду. Роман Юрьевич дал поручение выслушать все, особенно 800-летие нашего города — про подготовку. Если у вас есть вопросы по музею, по развитию музея — я отвечу.

Владимир Лапырин: Вопрос относительно музея и относительно достатка. Здесь был тезис сказан: от избытка рождается все самое хорошее. Следовательно, от недостатка хорошее исчезает. Достаточно ли музею того, что он имеет? Я имею в виду в плане материального обеспечения.

Анна Таланова: Ну, послушайте, конечно, недостаточно. Потому что у нас есть планы, нам эти планы хочется воплощать в жизнь, на воплощение этих планов нужны деньги. Иногда мы не можем их заработать. Народ идет на выставки — вы сами понимаете — когда звучит слово «Третьяковка», Айвазовский.

Сейчас у нас будет выставка — мы выиграли грант. Вообще на самом деле система грантов — это тоже очень хорошая система. У нас в городе все-таки должны стремиться к этому. А у нас нет этой культуры написания грантов. Мало какие организации к этому стремятся и боятся это делать.

Георгий Молокин: Святая правда.

Анна Таланова: Например, сейчас мы выиграли грант Российского фонда культуры, и в декабре у нас открывается выставка. Это был репрессированный художник Василий Маслов. Его последняя выставка была в 37 году в нашем музее, потом его репрессировали, и 80 лет его картины у нас хранились. Мы их показываем, спустя 80 лет, мы рассказываем эту историю. Эта история большая, она касается и «Болшевской коммуны», и искусства 20-30-ых годов, и Нижнего Новгорода в том числе. Пойдет ли на эту выставку народ — другой вопрос. Это очень нужно постараться, чтобы пошел валом и посмотрел эту выставку. Но мы решили, что эта история некоммерческая изначально. Поэтому у нас такая вот миссия. На этом мы не заработаем, например.

Нам нужны места, нам хороший нужен зал — лекторий на набережной, мы не можем это сделать сейчас своими силами. Но мы очень стараемся. И нам очень приятно, когда приходят к нам другие организации, наши коллеги, и спрашивают, как у нас получается так, что мы сделали, например, ребрендинг, что мы достигли таких-то результатов. Мы не оцениваем их на 100 процентов, но нам хочется, интересно...

Владимир Лапырин: Тогда еще вопрос относительно средств тоже. Вот вы сказали об образовании. А на пропаганду и агитацию своих фондов есть у вас средства? Хватает ли их?

Анна Таланова: А что вы считаете пропагандой? У нас, например, в городе СМИ очень мало пишут о культуре. Какими средствами мы должны пропагандировать? Чтобы созвать СМИ на открытие выставки, нужно постараться. Когда пишешь, что эту картину держал в руках Юсупов и — не знаю — Наполеон, придут.

Олег Шакирский: Пишите так.

Анна Таланова: А мы пишем так. Мы пишем. У нас была выставка одной картины...

Олег Шакирский: Про каждую картину пишите, что ее держал в руках Юсупов и Наполеон.

Анна Таланова: Олег, у нас была выставка одной картины на прошлой неделе. Она — совершенно не шедевр, вот просто не шедевр. Но вот ее выставили. Картина Робера. Смс-ка моя СМИ, что эту картину держали в руках князь Юсупов и Ван Гог нагнала к нам камер.

Олег Шакирский: Замечательно!

Сергей Раков: Это ваше мастерство как раз. Вы оправдываете свое назначение.

Анна Таланова: Это мастерство... Ребят, хорошо, конечно, но научить-то еще и смотреть надо.

Александр Сысоев: Что вы втроем на женщину напали?

Анна Таланова: Они комплименты делают, если что.

Сергей Раков: Как напали? Наоборот, положительно...

Александр Суханов: И все бы напали...

Анна Таланова: Они восхищаются.

Олег Шакирский: А вот так СМИ слышат наши слова.

Александр Сысоев: Вообще про соцсети речь идет. Человек в поисковике ищет, поисковик промаркеровал новость Ван Гогом и кем еще?

Олег Шакирский: Юсуповым.

Анна Таланова: На самом деле помните — было совещание давно в министерстве культуры. И мы с вами говорили о том, что хорошо бы нам всем вместе сотрудничать.

Георгий Молокин: Это да.

Анна Таланова: И в результате это не случилось. Это очень сложно. Это не министерство культуры виновато.

Олег Шакирский: Это мы виноваты.

Анна Таланова: Это мы... Например, у нас есть разные организации, у нас есть музеи. Но у нас каждая культурная организация видит друг в друге конкурента за посетителей, может быть, за какие-то аплодисменты, за популярность. А этого быть не должно. Потому что, чем быстрее мы цель одну поставим и не будем воспринимать...

Георгий Молокин: Это очень, кстати говоря, нижегородское.

Анна Таланова: Это нижегородское, да.

Георгий Молокин: Специфическое нижегородское...

Анна Таланова: Ах, Арсенал — это же наши конкуренты!.. Какие конкуренты? Связка классическое и современное искусство...

Александр Суханов: Партнеры.

Георгий Молокин: Это нижегородское жлобство...

Анна Таланова: Это связка, которая научит...

Георгий Молокин: Ни в Екатеринбурге, ни в Сибири ничего такого нет. Нигде. Это нижегородское жлобство.

Анна Таланова: Вот это проблема.

Александр Суханов: Владимир Викторович сказал — мещанство.

Георгий Молокин: Ну, как хотите. Я более жесткий...

Сергей Раков: А можно я тоже вопросик задам, пользуясь случаем? Вы же не уйдете, да?

Анна Таланова: Нет.

Александр Суханов: Если вы замучаете вопросами — сбежит.

Сергей Раков: Я как раз вот очень... Мне импонирует, что Анна Николаевна начала свое выступление с фразы, что она практик. Я в какой-то степени тоже больше практик, чем теоретик. И мне очень интересно, поскольку у нас музейная тематика, и то, что вы присутствуете, тоже очень хорошо. Просто от слов к делу, как говорится. У нас где-то примерно месяц назад наш условно еще молодой мэр сообщил, что он рассматривает вопросы или готов как-то поддержать, чтобы освободить пятый корпус Кремля, где находится администрация города и запустить туда как раз ваши фонды, потому что не хватает вам мест для экспозиции. Условно прошел месяц. От слов к делу — что-то на эту тему двинулось? Какие-то были совещания, телефонные переговоры с вашим руководителем хотя бы?

Анна Таланова: Я вам не готова ответить на этот вопрос, потому что это вопрос к Роману Юрьевичу все-таки.

Сергей Раков: Нет, а вдруг вы знаете?

Анна Таланова: Не знаю.

Сергей Раков: А как вы лично относитесь, если бы в Доме советов в пятом корпусе Кремля, который тоже является определенным памятником архитектуры — конструктивизма советской эпохи — размещался бы музей ваш?

Анна Таланова: А вы как к этому относитесь?

Сергей Раков: Я — за.

Анна Таланова: Да? Ну, так и все за будут, если это видеть, как площадку. Но нужно понимать, что эту площадку нужно содержать, что ее нужно развивать.

Сергей Раков: Ну, это побочные вопросы...

Анна Таланова: Это важно. Это очень много вопросов именно по организации работы. Конечно, все за, если так подумать. Но это сейчас не вопрос, понимаете?

Сергей Раков: У меня вопрос — продолжения этой темы не было никак?

Анна Таланова: Я не знаю, правда. У меня очень много выставок. Когда скажут: «Вот переезжаем»...

Александр Суханов: Она не представитель структуры управления.

Анна Таланова: … тогда переедем.

Георгий Молокин: Все уже поняли, что ему очень нравится разговаривать с Анной Николаевной. Мы уже поняли.

Сергей Раков: Поскольку она — единственная присутствующая здесь женщина, то конечно...

Владимир Лапырин: Анна Николаевна, еще вопрос такой — не связан с музеем, но тем не менее.

Александр Суханов: Вот уже несвязанные с музеем вопросы пошли.

Анна Таланова: Не говорите...

Владимир Лапырин: У нас на Покровке раз уже, наверное, десятый только на моей памяти ожидается очередная чистка рядов торговых — я имею в виду картины и то, что там находится. Как вы относитесь к подобным вариациям?

Анна Таланова: Чистка рядов — что? Картины на заборе?

Владимир Лапырин: Да. Все время говорят, что это низкая культура, поэтому надо убирать.

Анна Таланова: Ну, это низкая культура. Иногда там что-то встретится. Но почему? Пусть продают.

Александр Суханов: Это китч.

Анна Таланова: Это не вопрос развития.

Олег Шакирский: Эта низкая культура настолько выше большинства элементов низкой культуры, что...

Анна Таланова: То есть, там картины убирают, а какие-то поделки — оставляют.

Александр Суханов: Давайте остановимся.

Владимир Лапырин: Вопрос конкретный.

Анна Таланова: Если вы хотите спросить про развитие, например, искусства в этом городе — вот именно искусства, то это разные вещи. Это вопрос к туристическим каким-то там маршрутам — не знаю, к чему... Но искусство немножко по-другому развивается. У нас есть в городе галереи, которые ставят перед собой задачи, эти задачи им очень трудно дается решать. Ну, это как бы вообще немножко другое.

Александр Суханов: Хорошо, спасибо. Я думаю, что хватит мучить Анну Николаевну. Будучи лицом должностным, но не в том плане, как нам бы хотелось, мы ее начинаем мучить вопросами, которые не можем задать лицам отсутствующим.

Владимир Лапырин: Горину, например.

Александр Суханов: Да. Я думаю, что мы это сделаем в другой раз и все-таки получим эти ответы. А сейчас давайте все-таки вернемся к нашим вопросам культуры — не буду говорить «баранам», и здесь у меня есть вопрос-предложение. Уже прозвучало, что у нас Георгий Сергеевич хочет представить интересное предложение-проект, связанный с развитием культуры и с 800-летием. Мы можем пойти таким путем: Георгий Сергеевич нам сейчас представит проект, а мы — кто не участвовали в дискуссии — под флагом обсуждения этого проекта высказываем те моменты, которые хотели сказать по ходу выступления.

Владимир Лапырин: Но он должен дать обещание, что не уйдет после презентации.

Георгий Молокин: Я не уйду. Никуда не уйду.

Александр Суханов: Мы никуда не уйдем. Это я гарантирую. Нет возражений?

Георгий Молокин: Значит, друзья мои, мы со всеми здесь знакомы, и я рад, что мы встретились. Я хочу сказать маленькую реплику, прежде чем о проекте сказать.

Вы знаете, мне очень нравится мысль о том, что за каждым делом должны стоять конкретные люди. Мы говорим с вами: «Сахаровский фестиваль», - за этим стоит Ольга Николаевна Томина — дай Бог ей здоровья — которая недавно отметила 50 лет своей творческой деятельности рядом со своим юбилеем, и некоторые из нас там были. Там было просто столпотворение: несколько поколений нижегородцев — чуду было подобно, когда некоторые женщины весьма пожилые пришли со своими правнуками — не внуками.

Вот сейчас идет замечательный фестиваль «Другая музыка. Пярт» - некоторые из нас тоже бывали там. Замечательное будет в консерватории, билетов уже совершенно невозможно достать. Будут «Страсти по Иоанну» - великое совершенно произведение Баха, и так далее. За этим стоит Павел Юрьевич Милославский, который делает этот фестиваль, к сожалению, не находя должной поддержки, например, в городе. А это абсолютно прорывной фестиваль международный. Вот говорят про прессу — что пишут, не пишут. Ну, вот «Независимая газета» с фотографиями пишет об этом. Чтобы добиться от нашей прессы, чтобы они пришли туда и посмотрели... Я просто помогал Павлу, потому что он — такой настоящий подвижник, он — фанат этого всего дела, он, так сказать, в ущерб себе все это делает. А наша пресса говорит: «Да у нас, вы знаете, другой формат». Вот другой формат — это когда какие-то намалеванные девочки что-то такое чирикают вокруг причесок — это называется у нас «другой культурный формат». А приезжают великие музыканты — ну, Андрес Мустонен — великий дирижер, он был у меня в программе, просто потрясающий совершенно человек — он для нашей прессы неинтересен. Это вопрос к культурному уровню нашей прессы и нашего города.

Теперь два слова, прежде чем перейти к конкретным делам. Вот мы говорим: «Да, трудно. А когда было легко?» Но должны быть люди, и вокруг этих групп, этих людей должны формироваться другие люди. Тогда возникает некоторая энергия не только человека, но энергия коллектива. Мы все знаем с вами великое имя Сергея Павловича Дягилева. Мы помним, как человек делал на энтузиазме. Он умер — у него ни копейки не было, его хоронили за счет меценатов. Но «Русские сезоны» и оперные, и балетные, и выставка русского искусства, которая буквально взорвала Европу. Понимаете? Вот человек, который исключительно за счет энергии. Но энергия заразительна — к нему стали присоединяться другие люди, начиная от членов царской семьи вначале и кончая европейскими меценатами, и так далее. Поэтому пока мы не перейдем — я совершенно согласен с Анной Николаевной — от неких рассуждений вообще к неким конкретным энергичным движениям, не будет абсолютно ничего. Только энергия, внутренний драйв, желание заставят нас и приведут к каким-то результатам.

В связи с этим плавно перехожу к проекту, над которым инициативная группа — она там в конце перечислена, в этой группе вы найдете всех знакомых вам людей, в том числе тех, кто здесь присутствует — 20 человек... На самом деле сейчас вокруг этого проекта человек 100 уже. И смысл моих речей — это приглашение всех присутствующих, абсолютно всех принять участие в этом проекте, который называется «Царственно поставленный город» - мультикультурный проект к 800-летию Нижнего Новгорода.

Я сейчас телеграфно постараюсь сказать. Один из известных вам людей — историк, краевед, телеведущий Сергей Мазин — покажет маленькую презентацию. Но дело не в этом — не в некоторых вещах, а дело в том, что там указаны просто адреса всех сайтов и моя электронная почта. Я прошу, если вам это интересно, обращаться в любое время дня и ночи на мою электронную почту. Телефон, пожалуйста, кто хочет, запишите, другие знают. И Сергей покажет, где этот проект выложен в электронном виде.

Но я хотел бы сказать, почему все в нем могут найти себе место. Я действительно просто всех коленопреклоненно приглашаю принять участие в нашем проекте. Почему я не сделал этого раньше? Потому что окончательная его редакция и поддержка всяких структур — и нашего министерства культуры, и Союза кинематографистов России, и целого ряда организаций — по сути дела, только что на днях эта часть закончена.

Вот есть на первой странице девиз — я не люблю иностранные слова. Здесь написано: «Юбилей делаем вместе. Проект создает весь Нижний Новгород». Если мы этот тезис осуществим — это «Книга рекордов Гиннеса», как сказал один из высокопоставленных российских чиновников, и это правда. Что имеется в виду? Сейчас заканчивается подготовка такой довольно мощной платформы — сайта, где мы будем общаться с кем угодно — с населением, и так далее, и так далее. И если человек послал сообщение о том, что в его сундуке есть рождественская открытка, присланная в 915 году с фронта, он — соавтор сценария. Если он написал, что у него есть уникальные письма, допустим, присланные его прабабушке или с фронта, или из Парижа, и так далее, он — соавтор этого проекта. Если человек, прочитав вот эти темы, которые здесь написаны, сказал: «Я хочу вам рекомендовать включить туда такую-то историческую байку», - он — соавтор этого проекта.

Поэтому идея заключается в том, чтобы привлечь к созданию этого проекта школьников, студентов, ветеранов разных уровней, интеллигенцию, профессуру наших вузов, и так далее, и так далее, и так далее. Рядовых людей, пенсионеров, просто интересующихся историей, краеведов, экскурсоводов, что мы уже сделали. И так далее, и так далее.

Что на выходе? Что бы то ни было. Вот говорят: «Да, трудно работать с инвесторами, с меценатами». Но уже, например, один замечательный человек, который умеет считать каждую копейку — Николай Николаевич Нестеров, которого присутствующие все хорошо знают, руководитель огромной группы НМЖК, имеющий заводы и так далее, выделил определенную сумму на приобретение техники для этого проекта. Техника уже есть. Сейчас мы ведем переговоры с другими людьми. Почему? Потому что, когда люди смотрят, что это потенциально должен подняться весь Нижний Новгород и все желающие нижегородцы, где бы они ни были — в Австралии, в Китае, в Нью-Йорке, в Израиле, в Москве и в Петербурге, по электронной связи, то это производит впечатление.

Что бы ни было, с января следующего года мы начинаем каждую неделю совместно с телекомпанией «Волга» делать телевизионные программы. Их будет сто. Сто программ, начиная с 1221 года и кончая сегодняшним днем. Все темы программ с картинками, с какими-то вещами здесь перечислены. Параллельно этом будет сделано — что бы ни было, вот я вам отвечаю — будут деньги, не будут деньги, найдем мы, в конце концов, деньги... Нет — начнем абсолютно на энтузиазме. Есть место, где это снимать, есть декорации, в которых это снимать, есть техника, на которую снимать, есть свет, микрофоны, компьютерная техника — мы начнем. Сто телевизионных программ. Дальше — сто радиопрограмм. Дальше — на этой базе мы произведем 40 или 50, или посмотрим как фильмов. Синтетически будут они представлены: это будет мультипликация, это будут фотографии — это будет по мере приближения к нашим временам. Потому что в XIII веке мы должны обходиться какими-то отдельными камнями, чем ближе мы приближаемся к XIX-XX, появляются фотографии, появляется кинохроника, и так далее, и так далее, и так далее.

Кстати говоря, сегодня поразительные вещи происходят: огромнейшие пласты кинохроники лежат в видеотеках, в фильмотеках Автозавода, «Красного Сормова», «Машиностроительного завода». Мы связались с нашим государственным архивом центральным — там завалы вещей, к которым не прикасалась рука человека. Там такие уникальные вещи. Они в описях существуют, их надо поднимать, и так далее, и так далее.

Что дальше? Книги типа «Веселых картинок» и комиксов — называйте, как хотите, для детей и взрослых. Альбом нижегородский. И, конечно, работа в интернете. Я думаю, что одним из вариантов этого дела — и опять приглашаю всех, кому это интересно — станет то, что модно очень в Европе — музей личных вещей, личных каких-то коллекций. Понимаете, если там представлен будет, например, какой-то старый веер, но рядом с ним — фотография обладательницы этого веера и их трогательная история в стиле Юрия Роста — я уж не замахиваюсь на Чехова или Бунина, но вот это. Если это группа писем или это старая зажигалка, сделанная из фронтовой гильзы, или это какой-то платок, или это что-то такое, то это живая история, и мы 800-летием должны воспользоваться, чтобы такой музей сделать.

Поэтому, с вашего позволения, этот проект я, Александр Овидиевич, вам передам и надеюсь, что, может быть, вы найдете возможность как-то отдельно собраться нам и поговорить специально об этом всем желающим участникам. И я надеюсь, что вот эта инициативная группа, которая здесь есть, будет серьезно расширена в самое ближайшее время, потому что очень верю, что вы к этому присоединитесь.

Теперь прошу еще одну минуту. (Сергею Мазину) Сергей, покажи, пожалуйста. Исключительно для того, чтобы вы записали все координаты, могли это увидеть.

И последнее, о чем мы вот тут начали говорить. Вы знаете, в таких вещах часто начинается борьба. Какая-то одна телекомпания, или одна газета, или одно издательство тянет в свою сторону, другие — в свою сторону, третьи — в свою сторону. Я вам отвечаю — денег здесь заработать нельзя. То есть, конечно, труд людей, которые работают сценаристами, режиссерами, консультантами, будет посильно оплачен. Но я хочу сказать, что не надо бороться сейчас, толкаться локтями — надо объединяться. У нас довольно большой, но при этом маленький город. И мне бы очень хотелось, чтобы талантливые люди, которые умеют перышком водить по бумаге, то есть, писать, сценаристы, режиссеры, фотографы, работники музеев, архивов и так далее объединились. Группа, которая здесь — мы не претендуем на какую-то исключительность, не собираемся интриговать и так далее, мы собираемся объединить людей. Сереж, покажи.

Сергей Мазин: Последний файл. Он остановится — там будут контакты. Весь буклет в электронном виде выложен на сайте Гильдии экскурсоводов Нижнего Новгорода, она по поисковику очень просто находится.

Георгий Молокин: Запишите, пожалуйста, Гильдия экскурсоводов города Нижнего Новгорода. Весь проект полностью от начала до конца там изложен.

Сергей Мазин: Прямо на первой странице красным выделено «Проект Георгия Молокина»...

Георгий Молокин: Ну, он не Георгия Молокина — он целой группы...

Сергей Мазин: Да, но так назвали...

Георгий Молокин: Это их ошибка. Но дело не в этом. Я не претендую ни на какую исключительность. Просто всех милости прошу, приглашаю в этот проект. Всем найдется место.

Сергей Мазин: Сейчас это должно остановиться. Телефон Георгия Сергеевича и электронная почта.

Георгий Молокин: Мою электронную почту запишите, пожалуйста. Просто, как она пишется. И если у вас будут какие-то вопросы, предложения, пожелания и так далее — пожалуйста. Вот там она написана электронная почта моя и телефон. Я обычно телефон не даю, но здесь такой состав у нас участников, что, конечно, от вас секретов нет. Спасибо большое.

Александр Суханов: Спасибо. Уважаемые коллеги, мы выслушали. Я думаю, что этот проект дает возможность обсуждая нашу тему, с одной стороны, ее конкретизировать, с другой стороны, дополнять какими-то аспектами, которые не попали условно в сам проект, но просятся в него или рядом с ним. Поэтому прошу присоединяться к высказываниям.

Александр Леонидович, я понимаю, что вам сейчас тоже нужно бежать...

Александр Мазин: Ну, у меня еще полчаса есть. Проект действительно замечательный. И надо подумать, как в нем...

Александр Суханов: Мазин Александр Леонидович.

Александр Мазин: … поучаствовать. Это очень интересно.

Но я хотел сказать еще о некоторых других вещах, которые пришли в голову. Вопрос о действиях государства — управление, участие. Я бы сказал, что тут несколько направлений как прямых, так и косвенных, их можно назвать опосредованными. И вот почему. Ведь культура — это не только культура в узком смысле, как мы говорим — театры, филармония, музеи. Можно расширительно толковать культуру. И тогда мы тоже приходим к выводу, что здесь есть, над чем думать, и есть, что делать государству.

Ну, например, культура быта. Здесь сразу приходит вопрос какой в голову? О туалетах в городе, об их количестве и качестве или их полном отсутствии — то, к чему мы, собственно, привыкли, потому что в советское время туалетов не было. Если вы бывали за границей, вы знаете, что там такой проблемы вообще нет — как человеку добраться до туалета. Зашел в любой магазин, и в любом магазине есть туалет, и тебе никто не скажет: «А чего ты сюда пришел?»

Скамеечки, на которых люди могут посидеть, чтобы не стоять, если не хочется. Культура ландшафта. И это не только откос, о котором сегодня многие говорили. Это и культура ландшафта перед своим домом. Например, за границей, если ты не стрижешь газон, на тебя такой штраф накладывают, что тебе мало не покажется. Поэтому, если у тебя нет времени самому стричь, ты договариваешься с соседом и платишь ему, или как-то еще решаешь. Но газон в любом случае должен быть в отличном состоянии. Это еще архитектурный ландшафт, это природный ландшафт. Когда мы видим в Москве огромные кадки, в которых стоят какие-то совершенно безумные по цене растения, которые посадил господин Собянин, мы понимаем, что государственные деньги ушли совершенно не туда, куда бы им следовало уйти. Но кто-то на этом хорошо заработал.

Дальше — культура досуга. Здесь приходит в голову культура развлечений, сюда же можно и спорт отнести. Культура общения, наконец. Это, например, культура публичной дискуссии, которая в обществе у нас совершенно деградировала, потому что те стандарты, которые мы видим по телеэкрану — это культура унижений человеческого достоинства, культура доминирования, культура агрессии, культура подтасовок и фальсификаций, но не та культура, которой мы можем учить, скажем, студентов...

Георгий Молокин: То есть, антикультура.

Александр Мазин: Ну, естественно. Вот я как раз перехожу к понятию культуры и к ее антитезе — бескультурью. Кстати, в понятии так называемого простого человека — извините меня за этот термин — это очень хорошо понимается. Например, люди сидят в застолье, и кто-то начал безобразничать. Ему говорят: «Веди себя культурно». Разве я не прав? Вы вспоминайте сами. То есть, в понятии народном вести себя культурно и вести себя прилично — это, по сути дела, одно и то же. И на эту культуру тоже можно воздействовать. Но как? Мне кажется, что задача государства, а в широком смысле и общества — это задача задавать стандарты и, может быть, поднимать планку. В том числе стандарты поведения, планка поведения.

Что это могут быть за стандарты? И задает ли их сегодня наша сфера культуры? Если говорить о нашем министре культуры, то у нас великолепный министр, только не культуры, а пропаганды. Он по другому ведомству, понимаете? И в этом он достаточно эффективен. А что касается культуры дискуссии по телевидению — об этом я уже говорил.

Как это можно делать в регионах? Я бы сказал, что это и акцент на культурные события, которые в регионе могут происходить. Не хочется повторять то, что сегодня здесь говорилось — очень много было сказано интересного. Может быть, это еще и культура благотворительности. Может ли государство вообще воздействовать на эти процессы? А вы посмотрите, на что жертвуют деньги наши магнаты — в прошлом олигархи. Они могут покупать футбольные команды, они могут баскетбольные команды покупать. Кто из вас слышал, чтобы кто-то из них открыл музей, пожертвовал деньги какому-то музею? Хотя мы знаем, что постановки театральные — там все-таки спонсоры есть. Когда я прихожу в театр — будь то оперный или драмы, скажем, постановка оперы — это в принципе вещь, которая не может самоокупаться на рынке. И мы видим список благотворителей, которые в этом участвовали.

Поэтому, наверное, сферу культуры можно разделить на две части: ту, которая на рынке окупается, и ту — а это большая часть, которая рынком никогда оплачена не будет. И здесь, конечно, государство должно приходить на помощь. Но не только тем, что тратит деньги само, а тем, что как-то задает стандарты, в частности, для людей, у которых есть деньги.

И последнее, о чем я хотел сказать — это воздействие на детей. Знаете, мне в жизни как-то пришлось — шесть или семь лет назад я был в Хьюстоне на экскурсии в NASA. Вы знаете, что меня поразило? Экскурсия там 80 долларов стоит, но она интересная. И поразило меня больше всего не то, что там, скажем, есть огромный бассейн, где просто перед нами тренируются космонавты, они день проводят там — это как тренировка действий на космической станции, и можно через камеры наблюдать — там камеры внутри все поставлены. Это все очень интересно. Но потрясает количество детей, которые там присутствуют. И я понял, что это школьные экскурсии. Вот эта школа — специально там запланировано в школьной программе посещение NASA. Детей там огромное количество. Причем, вся эта экскурсия формирует гордость американцев за их программу, за их достижения, за их людей.

Когда я смотрел на это, мне было очень больно, потому что я понимал, что советская программа ни чуть не хуже по техническому оснащению, но ведь ее никто не видит. Где там детские экскурсии, которые у нас могли бы что-то посмотреть? Их нет в принципе, а, собственно, даже и куда водить. Но даже если есть, куда водить, в школьных программах у нас это не планируется. Не рассматривается это как миссия — повышать культурный уровень, образовательный уровень. Это, кстати, и уровень самоуважения может повысить у людей, потому что гордиться надо не только достижения прошлых полководцев, но и достижениями сферы культуры.

И вот здесь государство очень много может и должно сделать. И не только тем, что тратит деньги на это, а тем, что задает стандарты, поднимает планку и усиливает мотивацию тех, у кого деньги есть, все это осуществлять.

Георгий Молокин: Все, что вы сказали — совершенно блестящее. Но я позволю себе одну реплику. Уверены ли вы, что наше государство в том виде, в котором оно сегодня существует, заинтересовано в поднятии культуры нации?

Александр Мазин: Совершенно уверен в том, что не уверен. Уверен, что им это не нужно. (Георгий Молокин смеется.) А зачем поднимать? Зачем вообще плодить людей, которые задают вопросы? В пустой голове больше резонанс.

Георгий Молокин: Ну, вот видите!

Александр Суханов: Игорь Валентинович, мы здесь много говорим о культуре, проекты интересные. Вот, пожалуйста, ваше мнение. Чурдалев Игорь Валентинович. Вы представитель, собственно, тех, кто культуру делает.

Александр Мазин: Но в регионе все-таки что-то сделать можно.

Георгий Молокин: А регион ориентируется на... (Показывает вверх.)

Александр Мазин: Это да.

Александр Суханов: Микрофон.

Владимир Лапырин: Чурдалев Игорь — прекрасный поэт, замечательные стихи.

Александр Суханов: Я думаю, он не нуждается в представлении.

Георгий Молокин: Поэт в Рссии — больше, чем поэт.

Игорь Чурдалев: «То больше он, то меньше, чем поэт — никак не совпадает с номиналом». Есть у меня такие стихи, да.

Молокина послушал, как всегда, с наслаждением, даже не потому, что поражен смыслом проекта. С наслаждением в связи с энергией, с посылом, с которым излагается, потому что Георгия Сергеевича я знаю, как человека, который доводит свои проекты до конца, делая их масштабными и полезными. И в этом смысле — да, за каждым проектом стоит человек. Нет человека — нет проекта. Позвольте мне такой перефраз.

И в связи с рассуждениями о культуре вообще. Да, есть такая тенденция, такая трактовка к пониманию расширительному культуры — это весь ценный опыт, который накоплен человечеством. Но в быту мы все-таки говорим о той части опыта, которая сгенерирована творчеством, художественными методами. Вот чтобы не впадать в такие чрезвычайные расширения, я скажу, почему я их боюсь. Мы на протяжении, как минимум, прошлого века неоднократно наблюдали общества, в которых элементы культуры, связанные с его интеллектуальным состоянием, с состоянием его ландшафтов, застольного этикета, были на большой высоте. При этом моральное состояние этого общества была низведено до зверского, первобытного положения. Я имею в виду не только фашистскую Германию. Мы видели такие прецеденты.

Вот искусство, которое сгенерировано художественными методами, прежде всего, регламентирует моральное состояние общества — морально-этическое, отношение к другим людям. Общество, которое культурно, не станет жечь, уничтожать других. И в этом отношении, когда здесь говорили о среде творческих союзов, которые де составляли среду, и в этой среде что-то рождалось — да помилуйте, эта среда, в основном, гнобила все, что там рождалось! У нас с пресловутого 36 года 400 фактически смертных приговора подписано было Фадеевым и Толстым. Ну, это с формулировкой «исключение из Союза писателей СССР», что было автоматически равно 10 годам без права переписки со всеми вытекающими. Это творческие союзы.

И вот, когда мы говорим о состоянии общества, надо не забывать, что все-таки культура генерирует моральные, духовные состояния, ценность человеческой жизни, человеческих отношений, страхует от падения в зверство — вот главное, что можно сказать о культуре. И когда все-таки мы говорим о культуре, чуть-чуть надо снизить пафос — об управлении культурой. Поскольку вопросы типа «Культура в большом городе: какая и сколько должно быть?» не имеют большого смысла, на мой взгляд. Она должна быть высокой, ее должно быть много в любом городе мира. Лучше так. И условия, необходимые для развития культуры — деньги и правильное их распределение. Это уже было сказано.

Когда мы говорим об управлении культурой — ведь мы не говорим об управлении банком, торговым центром — мы говорим об аспектах административно-чиновничьего управления — это распределение средств. Чем оно честнее и умнее, тем лучше. Чем этих денег больше — опять, тем лучше. Одно условие: деньги.

Здесь нужно отмечать просто, что культура в таком прагматическом смысле что ли содержит два огромных пласта. Есть область культуры, которую я называю консервативной, и есть область культуры прогрессистской. Чтобы сохранять те ценности, которые мы наработали, мы должны их сохранить, прежде всего, как основу для образования для будущего движения вперед. И на это нужны как раз деньги и грамотное их распределение. Это система библиотек, это система художественных и музыкальных школ, это, в конце концов, та же консерватория. Это то, что консервирует достижения предыдущих лет, где человек может усвоить опыт предыдущих поколений. Она должна содержаться, она по своей природе дотационна, иначе она исчезнет мигом — на это даже лет не потребуется: прохудятся крыши, обвалятся полы — все развалится немедленно. Вот главная область, которой нужно управлять через деньги. Все это нужно по возможности содержать — всю эту структуру консервативной культуры.

А прогрессистская культура — это то, что связано с непосредственным текущим актуальным творчеством, в котором заняты люди, которые предположительно, желательно весь этот опыт предшественников — гигантов, на плечах которых они стоят — усвоили и пытаются его умножить, трактовать, развить каким-то образом. Это художники в широком смысле слова. Как им помогать? Не знаю. Не мешать.

Когда литератор жалуется на то, что денег не дают — плохо, голодно, трудно... Но не надо — не давайте денег. Не надо! Потому что, когда их начинают давать, немедленно образуются междусобойчики, которые решают, кому давать, кому не давать. И это ужасная ситуация: это снова возрождает творческие союзы, о которых я уже сказал. И мы знаем, чем это заканчивается. Должен ли художник быть голодным? «Художник» и «должен» - вообще очень плохо сочетающаяся пара слов. Тем не менее, общество может выбирать. Должен быть художник голодным? Да, он эффективно творит и он эффективно со страшной силой разрушает структуры того общества, в котором он голоден. Потому что общества, в которых художники голодали, как правило, рушились достаточно быстро и достаточно трагично. Он во внутренней оппозиции...

Георгий Молокин: И да, и нет. Но это вопрос другой.

Игорь Чурдалев: Ну, вот я так вижу, Георгий Сергеевич. И в этом плане — не мешать.

И о чем я мог бы просить — да, это информационная поддержка, это предоставление площадок, учреждений, премий, и так далее. Почему? Потому что практически та культура, которая город консервирует — это одна, а та, которая создает его актуальный имидж... Вот я, сколько живу, столько слышу: «Имидж Нижнего, имидж города»... Имидж — это вещь, обращенная не внутрь, а вовне. Это то, чем город должен быть представлен вовне миру, в котором русскоговорящих людей значительно более 300 тысяч. Это очень большое количество людей. И сегодня, когда, в общем-то, господствуют уже цифровые средства распространения информации, ничем не ограничиваемые, это то, что реально читается, смотрится, слушается вне. Междусобойчиками внутри города, группками, такой групповщинкой в стиле РАППа не заставишь...

Извиняюсь, я переговорил, увлекся. Простите поэта. Собственно, dixi — я сказал.

Александр Суханов: Нет, я не говорю, что там что-то... Вы говорите очень интересные вещи и правильные. Но в то же время, если подвести некоторое резюме под вашим выступлением, по отношению к проекту, который Георгий Сергеевич представил — вы готовы включиться в такой проект?

Георгий Молокин: Да он уже включился.

Игорь Чурдалев: Почту за честь, с удовольствием. И опять же о сути проекта, о его методике нужно, можно и придется еще долго и много говорить. Я просто знаю Молокина, я просто вижу это. Здесь же был приведен в пример Дягилев — я вижу вот этот посыл. И я верю, что у проекта в связи с этим — с внутренней энергией — есть шанс не остаться болтовней, есть шанс на реализацию. И это ценно. Это главная ценность вообще.

Александр Суханов: Спасибо. Сергей Викторович, пожалуйста. Вот вы и управляли, и создавали. В микрофон.

Сергей Раков: Может быть, добавите мне две минутки.

Александр Суханов: Часы у нас на шесть, поэтому есть надежда, что уложитесь.

Сергей Раков: Три года назад в этом зале я по стечению обстоятельств присутствовал на некой творческой встрече с Никитой Сергеевичем Михалковым.

Александр Суханов: Да, была.

Сергей Раков: И приводили на эту встречу и главу города тогдашнего Ивана Николаевича Карнилина в надежде, чтобы власть предержащие напитались какими-то современными творческими мыслями, правильными акцентами, чтобы что-то в итоге развивалось на уровне города и региона в целом. Встреча была очень интересной, разные вопросы, и прочее-прочее. И я спросил — не помню, как я сформулировал тогда точно свой вопрос, но что-то про то, как, Никита Сергеевич, вы считаете, мы, нижегородцы — вы, в принципе, нам тоже не чужой человек — должны готовиться к 800-летию, что должно быть, и прочее-прочее. Он ответил очень интересно, но главное, что он сказал — ребят, вы уже опоздали с началом, со стартом подготовки к 800-летию.

Никогда не поздно, конечно, вернуться к старту и что-то начать. И проект, который Георгий Сергеевич сегодня нам немножечко презентовал — это очень нужное, и надо включаться и догонять уходящий поезд, потому что действительно нам за счастье, что мы, находясь в этом в своих поколениях, попадаем на 800-летие. Следующий праздник будет только через 100 лет с гаком.

Георгий Молокин: Ну, через 50.

Сергей Раков: Но, тем не менее. Ну, через 50. Надеюсь, доживем, конечно же, все (Стучит по столу.) еще через 53 года.

Александр Суханов: Оптимистично.

Сергей Раков: Конечно, конечно... Поэтому я со своей стороны тоже поддерживаю Георгия Сергеевича и включусь, если позволите, со своей маленькой колокольни...

Георгий Молокин: Будем рады.

Сергей Раков: И, пользуясь случаем, прорекламирую, что буквально через считанные минуты на сайте информационного агентства «Нижний Сейчас» появится материал о том, как мы, к сожалению, со скрипом идем к 800-летию, где будут приведены всякие факты и аналитические рассуждения о каких-то несуразных подходах к этому вопросу, и что одна рука не знает, что делает другая, и так далее. Но, тем не менее, через тернии к звездам нужно всем миром к этой практической дате, потому что это многослойная дата. Тут и культура, тут и образование, и развитие города. И что нужно к 800-летию городу? Ледовый дворец, как сейчас анонсируют? Или такой глубокий по смысловому содержанию проект, о котором говорит Молокин? И то нужно, и то — и третье, и пятое, и десятое, конечно. Но самое главное — поднять тот самый культурный уровень города даже, может быть, с помощью этой даты, чтобы действительно от мала до велика почувствовали свою причастность.

А отвечая на все вот эти вопросы (показывает в повестку) — тут все уже ответили. И они достаточно простые — ответы на эти вопросы.

Пожалуйста.

Георгий Молокин: Вы знаете, маленькую реплику. Я очень бы хотел поддержать глубоко почитаемого профессора Мазина, и в свете того, о чем Сергей говорил... Вы знаете, первый и последний раз городской штаб — там еще был Карнилин — собрался года три назад, после этого никаких совещаний не было. Там Карнилин тогда говорил: «Вот приближается 800-летие»... Три года назад там звучали вещи, что, друзья, мы опаздываем категорически. Карнилин сказал: «А с чего нужно начать? - и посмотрел на меня. - Георгий Сергеевич, вы можете сказать?» Я говорю: «Могу. Убрать город от мусора. Вымыть, почистить, привести в христианский вид исторический центр». Ведь понимаете, об этом мы говорим десятки лет, но никто ничего не хочет слышать. Мы сейчас выйдем из сверкающего этого здания нашего славного «Международного торгового центра», повернем голову налево и увидим двухэтажное здание без окон, без дверей, сожженное, и так далее. И таких зданий в центре города — огромное количество. Поваленные заборы, и так далее. И когда приближался чемпионат, я говорил: «Может быть, к чемпионату»...

Владимир Лапырин: Здесь тоже говорили...

Георгий Молокин: Ну, может быть, к чемпионату. Это, конечно, нам жить, но, может быть, для приезжих мексиканцев или зулусов хоть что-нибудь сделают, чтобы они три дня посмотрели. Да, сделали: выделили несколько миллионов рублей или десятков миллионов — сетками затянули. Теперь я хожу по городу — уже некоторые сетки прорвались, а будет зима — они будут болтаться на ветру, и так далее, и так далее. Эта песня происходит изо дня в день. Понимаете? Когда мы говорим: власть, руководство, культура — да не руководите вы поэтами, художниками и культурой! Оставьте вы их в покое! Вы городом займитесь. А вот это — извините. Вот то, что напротив сверкающих стекол «Газпрома» на Звездинке 150 лет в бурьяне стоит покосившийся сортир, я говорю 25 лет. Я туда архитекторов привел, всех. Я сказал: «Слабо придти?» «Нет, не слабо!» Пришли камеры, пришли архитекторы. Я сказал: «Вот — сверкающий «Газпром», вот — сортир». Они говорят: «Да это вопрос, решаемый в течение трех дней!» Прошло еще четыре года — он до сих пор стоит. Прошел чемпионат. Со мной спорили люди, говорили: «Ну, к чемпионату уберут!» Нет.

Александр Суханов: Только губернатор сможет убрать своим прямым решением.

Георгий Молокин: Ничего подобного! Губернатор Шанцев в моей программе за три дня до того, как его сняли — я ему показал все эти фотографии, он сказал: «Дам команду, соберу»...

Александр Суханов: Не успел.

Георгий Молокин: Надеюсь, не успел. Надеюсь, что его сняли не из-за этого.

Александр Сысоев: Его не сняли.

Александр Суханов: Хорошо.

Георгий Молокин: Кстати говоря, об общественности. Когда мы говорим о всяких творческих задачах руководства культурой, фестивалях и так далее — слушайте, найдутся люди, найдутся энтузиасты. А вот это без города и общих усилий сделать нельзя. И это не происходит в нашем жлобском городе десятилетиями.

Александр Суханов: Если быть точным, столетиями, да?

Георгий Молокин: Ну, столетиями — я не знаю...

Александр Суханов: Сергей Викторович, я надеюсь, что наш разговор даст вам повод к тому материалу, который у вас сейчас пройдет, добавить что-то новое.

Александр Мазин: Перед уходом, можно?

Владимир Лапырин: Пожалуйста, пожалуйста.

Александр Мазин: Я благодарен, что вы со мной согласились. Я хотел сказать, что не надо противопоставлять подход к культуре в расширенном понимании...

Александр Суханов: В микрофон.

Александр Мазин: Я просто не касался тех вопросов, которые вы очень глубоко осветили. Вот насчет консерватизма, поддержки — это все очень верно. Но вот в расширительном плане меня тоже затрагивает вот этот мусор. Понимаете, этот мусор рождает неуважение к себе. Там, где чисто — там не сорят. Это мелочи, из которых тоже складывается в какой-то мере общий уровень культуры. И вот здесь власть обязана принимать меры.

Я прошу прощения, мне надо ехать.

Владимир Лапырин: Директор «Российской газеты» по Поволжью. Пожалуйста, Саш.

Александр Сысоев: Георгий Сергеевич, как всегда, попутал мой спич.

Георгий Молокин: Прости меня, я больше не буду.

Александр Сысоев: Как вы, Георгий Сергеевич, относитесь к тому, что один из критериев и, возможно, главный критерий градоначальников различных эпох и различных городов, как и любого гражданина города, это все-таки любовь к городу? Любовь. Вот не любят, мне так кажется — я долго уже к этому шел...

Георгий Молокин: Ты мне вопрос задал. Можно я отвечу быстро?

Александр Сысоев: Да.

Георгий Молокин: У Жана Кокто есть замечательная фраза. Замечательная! Она звучит так: «Не существует никакой любви. Существуют только доказательства любви». Оцените. Это блестяще! Любовь на всех уровнях — любовь к семье, к женщине, к Отечеству, к городу — надо доказывать в поступках. У нас — бесконечная болтовня: «Город наш любимый, город наш прекрасный», - а надо мусор убрать.

Александр Сысоев: Совершенно верно.

Георгий Молокин: А надо здания...

Александр Суханов: Георгий Сергеевич, пусть он продолжает.

Александр Сысоев: Так вот для меня два подхода: либо градоначальники должны быть компетентны, либо...

Георгий Молокин: Они не должны быть градоначальниками.

Александр Сысоев: Либо они не должны быть градоначальниками. Один из критериев — он парадоксальный, не все со мной соглашаются, но все-таки. Я не буду голосовать в следующий раз ни за одного градоначальника, если такая возможность будет, если он город любить не будет. Вот любит город — значит, градоначальник.

Александр Суханов: А как вы это узнаете?

Александр Сысоев: Секундочку! Почувствую. Опыт любви уже достаточный. Вы знаете, достаточно много в экспортном варианте градоначальников и областных руководителей во время избирательных кампаний выражают любовь к городу. Говорят: «Я пошел тут, три недели походил — я его уже полюбил. Голосуйте за меня». А можно ли этот город любить? Если говорить о чистой и бескорыстной любви, любви в высшем понимании этого слова — наверное. Но с учетом того, что вы сказали про туалеты и про «Газпром», любить его трудно. Вернее так: любоваться им очень трудно.

Не этим я хотел начать свой спич. А хотел я задать вопрос Александру Овидиевичу. Наверняка, сюда звали должностных лиц, которые должны так или иначе влиять, или способствовать, или каким-то образом...

Георгий Молокин: И ни один не пришел.

Владимир Лапырин: Они обещали, но отменили.

Александр Сысоев: Господа, подождите секундочку! Я начну с того, что высшее должностное лицо государства — с ним встречался тогда исполняющий обязанности главы правительства Нижегородской области. И обсуждали они не экономику, не сельское хозяйство на этой встрече, а ни что иное как судьбу Нижегородской области как одного из культурных центров России. Я боюсь наврать с формулировками, но речь шла о культуре. Мне тогда показалось немножко странным, что идет обсуждение в тот момент, когда идет процесс избрания или агрегирования соответствующего чиновника — то есть, чиновника от культуры. Но надо отдать дань — может быть, у нас заняло это много времени, но мы действительно тщательно подошли к этому вопросу. И процесс согласования этой кандидатуры в то время — он такой качественный, он совершенно новый, он новационный. И дай Бог, что все у нас в этом плане получится. Но мне кажется странным, что должностные лица от культуры не обратили внимания на то, что самим актом неприхода сюда... Что первое, что обсуждали с будущим губернатором на самом высоком государственном уровне — это вопросы культуры в Нижегородской области.

Ну, я надеюсь, что мы не оцениваем то, что происходит с чиновниками культуры — очередная кадровая чехарда. Будем надеяться, что это продолжение того самого неспешного и качественного подхода к подбору персоналий, к замене одних на других.

Игорь Чурдалев: Но те, кого вы назвали...

Александр Сысоев: А я никого не назвал по фамилиям. (Георгий Молокин смеется.) Вот никого!

Георгий Молокин: Александр Владимирович дело знает туго.

Александр Суханов: Советский опыт не пропьешь. (Смеется.)

Игорь Чурдалев: … не имеют никакого отношения к культуре...

Александр Сысоев: Секундочку! Давайте так. Мне радостно, что монолог превращается в диалог. Но это к вопросу повестки дня номер последний — об управлении культурой. Анна Николаевна, я обратил внимание — с чего я хотел начать — мы поговорили о взаимоотношениях СМИ и не СМИ. Ваш пример говорит о чем? О том, что новости про культуру — банальные заложники SEO-оптимизации. Мы можем абсолютно незначительное культурное событие или культурное явление пометить тем, что нужно счетчику — средству массовой информации — и это событие через новость значительно повышает рейтинг этого сомнительного культурного произведения.

Георгий Молокин: И здесь есть огромное лукавство.

Игорь Чурдалев: А если его держал в руках Чикатило, еще выше будет рейтинг?

Георгий Молокин: Без сомнения.

Александр Суханов: Возможно.

Александр Сысоев: Господа, позвольте продолжить. Я к чему подвожу? Если все — как это сказать? — дать на откуп естественному пути жизни СМИ, то так все и будет: у нас будет отрицательная динамика в процессе пропаганды или продвижения культурных ценностей. Что, безусловно, говорит о том, что нужны дотации. То есть, если мы хотим что-то хорошее кому-то нести в таком трудном деле, нужно дотировать информационное освещение.

Вот что хотите со мной делайте — я не говорю: «Несите деньги в «Российскую газету», - упаси Господь...

Георгий Молокин: Хотя имею в виду именно это. (Смеется.)

Александр Сысоев: Всегда. То есть, не лукавлю. Как любой руководитель средства массовой информации.

Георгий Молокин: Молодец!

Александр Сысоев: Я говорю о том, что, если хорошо писать об этих вещах, то да, их нужно дотировать, причем, подчеркиваю...

Олег Шакирский: Можно? Раз сам сказал, что в режиме диалога...

Александр Сысоев: Секундочку! Нет! Это вы в режиме диалога. Я все-таки хочу на всякий случай...

Совсем недавно — на этой неделе мы гордились тем, что некоммерческие организации только из президентского фонда получили на 5 миллионов больше, чем в прошлом году. На всякий случай — этих денег 105 миллионов на 70 организаций. Только из президентского фонда. А есть еще грантовые программы, и так далее, и тому подобное. Я не знаю, сколько процентов нужно из этих денег предполагать на освещение освоения этих средств, но предполагать этот процент стоило бы. Потому что все эти деньги, я думаю, справедливо и по-честному выделены тем, кто заявлялся на гранты. Потом начинается — приходят в СМИ и говорят: «Слушайте, отпишите что-нибудь: мне надо отчитаться перед президентским фондом». Ну, и такое есть. Ну, давайте какой-то естественный подход реализуем...

Александр Суханов: Заложим в грант средства на рекламу.

Александр Сысоев: … к этой всей истории. Не рекламу.

Дальше хотел бы обратить ваше внимание — подойти к такому вопросу еще, как экспорт и импорт культуры по поводу Нижнего Новгорода. Ну, понятно, что мы — не Флоренция, понятно, что у нас нет ни Бранкаччи, ни Строцци, ни Медичи, хотя попытки были. Вот около «Седьмого неба» попытка одна стоит и в «Фантастике». Не прокатывает у нас меценатство. Нету у нас культуры паломнической культурной. Но, тем не менее, думать о том, чтобы включить нас в какие-то маршруты, наверное, стоит.

Здесь говорили о проектах. Есть маленький локальный проект — это об экспорте. Я тоже потрачу время. Наш с вами почти земляк Володя Торин — многие здесь его помнят и знают — сам на свои собственные средства второй год в Риме около фонтана Треви открывает окна один раз в год вечером особняка графини Паниной, где проходили литературные вечера россиян в свое время — 100 с лишним лет назад. Второй год привозит пока из Москвы молодые дарования. Итальянцы в восторге. Туристы под этим фонтаном, когда видят один раз в жизни открытое окно, фотографируются и так далее. Все это происходит в этом особняке. Проходят чествования. Второй год он предлагает нижегородцам — ну, визите молодые таланты. Ну, езжайте сами — вы любите ездить по туристическим объектам. Рим — не просто посмотреть на Колизей, а поучаствовать в хорошем проекте. Проект, кстати, называется «Русский Рим». Welkom, как говорится — зову. Может быть, кому-нибудь это понадобится.

Георгий Молокин: Сколько стоит?

Александр Сысоев: Да все по-разному на самом деле. (Георгий Молокин смеется.)

Александр Суханов: Если пешком...

Александр Сысоев: Меня звал: «Купи билет, приезжай». У меня в это время были другие планы, но обязательно поеду.

Александр Суханов: Саш, регламент.

Александр Сысоев: Сейчас, одну секунду. Так вот, возвращаясь к тому, что нужно город любить. Любить его можно, в том числе, прививая вкус к культуре. Мы вот таким большим событием, которое нам подарил мир, а именно — чемпионат мира, на какое-то время привили вкус к футболу. Даже не к спорту, а к футболу.

Александр Суханов: И любовь к городу.

Александр Сысоев: Ну, возможно, любовь, да.

Георгий Молокин: Скоротечную.

Александр Суханов: Быстротечную.

Александр Сысоев: Вкус к вежливой полиции и к убранным тротуарам — вообще к наличию тротуаров.

Владимир Лапырин: Не везде.

Александр Сысоев: Не везде. Ну, давайте понимать, что 800-летие можно еще попробовать использовать для того, чтобы вот этот вкус к культуре привить, причем, не только у меценатов, но и у простых граждан. Без вкуса трудно вообще жить. Может быть, тогда у нас и власть будет более этична и даже эстетична, в том числе будет понимать, что есть еще и политическая культура.

Александр Суханов: Вынужден прервать.

Александр Сысоев: Да ради Бога! Но тут у меня украл очень много... Шакирский еще пытался украсть...

Владимир Лапырин: Вот ему и слово сейчас.

Александр Суханов: Ему дадим слово.

Олег Шакирский: Ну, давайте, возьму я слово...

Александр Суханов: Микрофон возьмите. Шакирский Олег Ильич.

Олег Шакирский: Я, конечно, хотел начать с одного, но начну с другого.

Александр Сысоев: Ты неоригинален.

Олег Шакирский: Писать за деньги — вот это вот про культуру... Саша, ты меня прямо возбудил.

Александр Сысоев: Ты неоригинален.

Олег Шакирский: То есть, если вы нам дадите денег — мы будем хорошо писать... (Александру Сысоеву) Нет уж, ты мне не дал тебя прервать — вот и слушай сейчас.

Александр Суханов: Не превращайте в диалог.

Олег Шакирский: Хорошо дадите денег — хорошо напишем, нехорошо — нехорошо.

Александр Сысоев: Нет, мы всегда пишем хорошо.

Олег Шакирский: Прозвучало так.

Александр Сысоев: Мы не можем писать плохо! Мы — качественное СМИ!

Олег Шакирский: Дайте денег на информацию о культуре — будем писать хорошо.

Александр Сысоев: Мы — качественное СМИ. Надо больше давать...

Олег Шакирский: А качественное СМИ может писать только качественно.

Александр Сысоев: Надо больше давать денег, чтобы больше писать о культуре.

Олег Шакирский: Заберите слово у Сысоева.

Владимир Лапырин: Олег, у тебя микрофон. Его все равно не записывают.

Александр Сысоев: Давай по сути. А то сразу — про Сысоева, про деньги...

Владимир Лапырин: Про культуру давайте.

Александр Суханов: Господа, у нас время регламента поджимает. Прошу собраться.

Олег Шакирский: Так вот, мне кажется, что это настолько общая картинка... Мы за время этой сегодняшней встречи — я наблюдал — мы так волнами подходим к сути и волнами уходим от нее. Общая картинка...

Александр Суханов: Ощущение, что боимся подойти, да?

Олег Шакирский: … культурного как бы...

Георгий Молокин: Шторма.

Олег Шакирский: Общая культурная картинка внутри города и региона то чуть приоткрывается перед нами, то закрывается, когда мы уходим в какие-то частности. И, возвращаясь к вводным от ведущих — да, действительно это удивительный в этом смысле город, который не дает возможности развиваться, при этом все время пыжится стать какой-то там культурной столицей. Какой, к черту, культурной столицей? Хоть бы культурным райончиком, двориком бы стать — и то уже спасибо. И то это не имеет все значения. Мое мнение такое: я считаю, что значительная и серьезнейшая часть этой проблемы уже упоминалась здесь словосочетанием «культурные коды». Культурные коды — это то, что напрочь ушло из массового мировосприятия и сознания, то, что практически не поддерживается почти никем и ничем, кроме каких-то очень точечных и локальных сумасшедших или прекрасных сумасшедших — неважно, как их называть. Люди, которые пытаются что-то сделать, что-то привить. И я думаю, что в этом корень. И это общая картинка, просто в Нижнем она гипертрофирована, но эта картинка все равно общая.

И когда говорили о том, что в советское время и так далее — я со многим согласен, да, потому что ты заходишь в книжный магазин, тебе какая-то книжка может нравиться, может не нравиться, близка, неблизка, но там нет Дарьи Донцовой. Ее там просто нет как класса. Сейчас ты заходишь в книжный магазин в отдел художественной литературы — там рядом у тебя, условно говоря, Шекспир и Донцова. Получается, что Донцова — это литература?

Георгий Молокин: Это другая тема, старик. Это тема выбора человеческого. Ну, ладно, это мы сейчас...

Олег Шакирский: Я — про культурные коды.

Анна Таланова: Да ладно... Белинский про Дюма писал в свое время.

Георгий Молокин: Что обсуждать Донцову? Это до утра...

Александр Суханов: Нет-нет, не до утра...

Георгий Молокин: Это другое, старик. Это метафизика.

Олег Шакирский: Мне в этом смысле очень понравилась фраза, уже произнесенная на некую аналогичную реплику — попытку остановить поэта - «я так вижу». Я так думаю, я так осознаю. Дорогие друзья, у каждого из нас — свой какой-то формат восприятия...

Александр Суханов: Регламент почти исчерпан. Не тратим его.

Олег Шакирский: Да что же такое? Мне не дают говорить. Это у вас так новичков на эксперт-клубах приветствуют? Проверка на вшивость такая?

Георгий Молокин: Тут саблезубые тигры.

Владимир Лапырин: Олег, не обращай внимания. У тебя — микрофон, он включен, остальные — вне микрофона.

Олег Шакирский: Хорошо. Все реплики закончились?

Владимир Лапырин: Пожалуйста-пожалуйста.

Георгий Молокин: Да нет, реплики не закончатся...

Александр Суханов: Георгий Сергеевич...

Олег Шакирский: Мне кажется, что одна из серьезнейших проблем — та, которую Аня поднимала по поводу того, что нет такой агрегированности что ли информации о культурных событиях. Что все действительно как-то там по своим лавочкам: «А я вот такую охренительную штуку делаю, и она — лучше всех охренительных штук, которые делают все остальные». И так думает и озвучивает каждый в разной лексике, в зависимости от...

Георгий Молокин: Собственной охренительности.

Олег Шакирский: ... того, какая терминология ему близка. Именно в зависимости в том числе и от собственной охренительности.

Вот если мы, условно говоря, приезжаем в Питер и хотим узнать, что происходит в Санкт-Петербурге сегодня, практически на любом информационном ресурсе, где есть афиша культурных событий, мы находим все, что происходит сегодня в Санкт-Петербурге.

Георгий Молокин: Ну, а кто мешает здесь, Господи?

Олег Шакирский: Если мы пытаемся сделать то же самое в городе Нижнем Новгороде, мы не находим практически ничего. Мы находим информацию о ярких событиях, которые совершенно справедливо Александр Владимирович обозначил как SEO-оптимизированные продукты, и при этом мы не видим, что происходит в реальности.

Некоторое время назад была попытка, которая, может быть, уже похоронена, может быть, еще не похоронена — сделать проект «Город-арт». Тогда это было на волне попыток закрыть эти жуткие наши синие заборы, но неважно. И, в частности, там использовались картинки из художественного музея. И задавались вопросы людям окружающим: «Дорогие друзья, знаете ли вы, что у нас в Нижнем Новгороде в художественном музее есть картины Рериха?» Вернее даже не так. «Вы знаете художника Николая Рериха?» «Да, конечно!» «А вы бы хотели, чтобы в Нижнем Новгороде было можно посмотреть произведения Рериха?» «Да, конечно!» «А как вы думаете, в Нижнем они есть?» «Да нет, конечно!» Это при том, что в художественном музее — прекрасная коллекция.

Александр Суханов: Самая большая коллекция.

Олег Шакирский: И, соответственно, вопрос в информированности людей о наличии чего бы то ни было.

По поводу управления культурой — ну, конечно, совершенно здесь соглашусь — надо предоставлять возможности, и совершенно ни к чему... (Георгий Молокин и Александр Суханов начинают беседовать друг с другом.)

Георгий Сергеевич, дорогой мой человек, простите — большую часть времени говорили сегодня вы.

Георгий Молокин: Я вообще готов молчать.

Олег Шакирский: Я пытаюсь сказать хотя бы две связные фразы, но все это происходит сквозь реплики. Извините за замечание.

Георгий Молокин: Я никаких реплик вам не отпускаю. Я совершенно о другом беседую с Александром Овидиевичем.

Олег Шакирский: Да. О регламенте, который уже заканчивается.

Александр Суханов: Пожалуйста, Олег.

Олег Шакирский: М-да...

Александр Сысоев: Про информированность. Я слушаю.

Олег Шакирский: Про информированность. Мне все-таки кажется, что относительно управления культурой — давайте про это забудем. Нельзя управлять культурой. Можно управлять механизмами, помогающими реализовывать культурные проекты и предоставлять художникам, поэтам, музыкантам равные права.

И к вопросу о любви — да, действительно, мы начинаем любить своих ровно после того, как они перестают быть своими и становятся звездами. Пример — та же самая «Uma2rman», которая играла здесь никому ненужная по кабакам, уехала в Москву, стала известной и приезжает сюда. «Это же наши, конечно!» Отсутствие поддержки наших — это очень характерно для Нижнего Новгорода и совершенно нехарактерно для многих других городов, включая Питер, Екатеринбург, Уфу, и так далее, и тому подобное. Нужно, наконец, открыть уши, глаза и попытаться увидеть и услышать своих. В том числе и те площадки, которые что-то делают, и тех художников, поэтов, писателей, музыкантов.

И, наконец, создать единый информационный ресурс, в рамках которого обычный человеческий человек — не тот, который разбирается в культуре, а который может просто зайти на какой-то понятный сайт, потому что без интернета — куда уже? я уже не говорю про обычные СМИ — и увидеть, что что-то происходит. И выбрать для себя не только между концертами Филиппа Киркорова и Стаса Михайлова — не к столу будет сказано и то, и другое, а между чем-то приличным.

Георгий Молокин: Олег, а кто мешает создать такой сайт? Почему ни создать? Это ты к кому обращаешься? Ты — профессиональный человек, так возьми и создай.

Олег Шакирский: Мы говорим сейчас о том, что происходит с нижегородской культурой, существует ли она, и есть ли Нижний Новгород на карте мира. Мы каждый высказываем свое...

Георгий Молокин: Нет, ты говоришь: «Надо создать».

Олег Шакирский: Конечно.

Георгий Молокин: А почему не взять и не создать?

Олег Шакирский: Очень даже можно взять и создать. Более того, у меня есть уже подготовленный к этому домен. Просто мы по-разному воспринимаем эту дискуссию. Кто-то считает, что есть смысл презентовать какой-то проект на экспертном совете, а кто-то считает, что есть смысл повысказываться и услышать друг друга.

Александр Суханов: Хорошо...

Олег Шакирский: Это два разных подхода к обсуждению темы.

Александр Суханов: Каждый из них имеет право на свое существование.

Олег Шакирский: Конечно.

Александр Суханов: У нас дискуссия свободная и открытая.

Владимир Лапырин: Социологу дай слово.

Александр Суханов: Да. Златов Александр, пожалуйста. К сожалению, должен жестко ограничить.

Александр Златов: Коротко, да, тезисно. Тут очень много в теоретическом плане говорили о культуре, тут добавить, в общем-то, нечего. Меня какие вопросы сейчас беспокоят? Тоже они поднимались: 800 лет, управление культурой, любить свой город. Немножко настораживают моменты организационного характера, потому что действительно время уже уходит очень сильно. Любить город, как Александр Владимирович уже сказал, за три недели тоже не полюбишь, хотя там, признаться, можно... Но 800 лет, если ты — руководитель города или области, ты обязан провести достойно, если, конечно, сохранишься в этом качестве до той даты. Или, по крайней мере, подвести к этой дате.

Что мы сейчас наблюдаем — я не сильно понимаю. Что значит управлять культурой? Раз — и вроде очень хороший руководитель уходит. Почему — никто не знает.

Александр Суханов: На новую работу.

Александр Златов: Министра культуры выбирали я не знаю, сколько там месяцев. Чего там? Конкурсы объявляют. У нас конкурс объявят — и директора департамента будут до 800-летия выбирать, а потом назначат, кого надо. Политические вещи, организационные — они какие-то невнятные. Я не знаю — есть какие-нибудь структуры — штаб или оргкомитет, которые занимаются вплотную 800-летием?

Александр Суханов: Конечно, есть — в Москве оргкомитет.

Александр Златов: Я что-то в СМИ не вижу особо, чтобы кто-то собирался и что-то обсуждал.

Далее — по Стрелке. Я коротко, конкретно. Стрелку разбомбили. Мы помним с Володей — уж извините, наши 100 лет Комсомола, туманная юность — был порт, была Стрелка, был какой-то вид. Он был привычный горожанам: краны, баржи и так далее. Ну, собор, правда, был заброшен. Сейчас в силу исторических условий экономических порта нет, краны посшибали — дискутировали, дискутировали... Пакгаузы посшибали. Чем они там мешали — я не знаю. Стояли 100 лет. И что сейчас со Стрелкой делать — я не знаю. При всем моем уважении к Ассоциации промышленников и предпринимателей — опять там музей танков, машин и самолетов создавать — ну, я не знаю, имеет ли это смысл. Или устроить там православный парк — тоже была такая идея...

Александр Суханов: Все новое почему-то вызывает сопротивление.

Александр Златов: Стадион уже воткнули туда — понятно, что это уже другая Стрелка. Сейчас туда еще воткнут, как сказала Валентина Петровна, вторую консервную банку — Ледовый дворец. К культуре отношение это имеет или не имеет — я сейчас не буду об этом дискутировать. К сожалению, у меня очень вызывает беспокойство.

Александр Суханов: Хорошо.

Александр Златов: Оперный театр — мы уже сколько лет дискутируем — будет он или не будет: или надо обязательно парк вырубать, или больше негде поставить...

Александр Суханов: Куда вы его ни поставьте — чего-то надо изменить. Чего-то надо убрать, чего-то...

Александр Златов: И еще вопрос. Говорим о культуре — ни одной концертной площадки или зала. Вот «Юпитер» напротив — вроде что-то там зашевелилось, но когда это все будет конкретно и будет ли?

То есть, пока внятно не вижу я никаких ответов ни от наших руководящих органов — это об управлении...

Александр Суханов: Если резюмировать, то даже материальных условий для развития культуры, вы считаете, недостаточно.

Александр Златов: Пока недостаточно. В таком городе оперный театр — в каком, извините, он сейчас состоянии... А площадки концертной нет — извините, это уж совсем никуда.

Можно много тут говорить, но какая-то конкретика должна быть. Спасибо.

Владимир Лапырин: Денис Борисович, доходит ли до культуры у правительства?..

Александр Суханов: Конечно, Денис Борисович, вы — самый терпеливый у нас участник.

Денис Барышников: Уважаемые коллеги, вы понимаете, о культуре можно говорить часами, днями и даже месяцами. На мой взгляд, вопрос не в том, хватает ли культуры Нижнему Новгороду и региону? В принципе, культуры у нас вполне достаточно разнонаправленной. Появляются новые локации. Возьмем, например, Нижне-Волжскую набережную — там открыть кинотеатр. Почему бы нет?

Действительно проблема есть, что площадок для проведения каких-то знаковых концертных массовых мероприятий нет — это так. Понятно, что филармония — своеобразная площадка. Понятно, что мы будем собирать дворцы спорта под какого-нибудь того же самого Киркорова или еще кого-нибудь — того же самого Пенкина... Это проблема. Но, на мой взгляд, на сегодняшний день правильно подметили — Олег, например — что культурного агрегатора как такового нет. И, может быть, есть смысл подсказать новому министру культуры, что, может быть, на базе министерства культуры сделать какой-то вот такой контент.

Сергей Раков: По идее, министр культуры должна сама генерировать какие-то такие идеи.

Денис Барышников: Понятно.

Александр Сысоев: Она учится. Не слышали об этом? Она учится.

Александр Суханов: Она чего-то генерировала губернатору...

Денис Барышников: На мой взгляд, мы до сих пор никак не выйдем из того состояния, в котором мы были некоторое время в советский период, когда Нижний-Горький был закрыт. И у нас сложилось на территории региона — на территории города, по крайней мере, на мой взгляд — некая камерность закрытого административного пространства в культуре.

Георгий Молокин: Екатеринбург тоже был закрыт, но там совершенно другая ситуация.

Денис Барышников: Ну, возможно.

Александр Суханов: Там «Ельцин-центр».

Сергей Раков: Он недавно появился.

Денис Барышников: На мой взгляд, то, что мы даже сегодня это обсуждаем, даст определенный толчок тем, кто нас читает — а нас читают, в том числе в правительстве...

Александр Суханов: Читают.

Владимир Лапырин: И обижаются, как правило.

Денис Барышников: Ну... Обида, Владимир Викторович — это некий стимул к исправлению себя и к исправлению ситуации.

Владимир Лапырин: Георгий Сергеевич говорил уже про метлу...

Денис Барышников: Нет, метла... Нет, мстить никто не будет — сейчас не то время.

Сергей Раков: Как раз то самое.

Денис Барышников: Да нет... Я себе записал про культурный агрегатор. Действительно, может быть, поговорим. Ситуация действительно интересная и, на мой взгляд, она должна быть. Поскольку — хотим мы этого или не хотим — мы сейчас находимся в цифровом пространстве, начиная от молодежи и заканчивая пенсионерами. И то, что на уровне региона должен быть некий продукт из серии телеканала «Культура», когда смотришь — сегодня в Лондоне происходит это, там-то происходит это — это, я думаю, интересный вариант.

Александр Суханов: Спасибо. Денис Борисович как раз дал шанс...

Георгий Молокин: Денис Борисович, по поводу канала «Культура». Я очень хорошо знаю людей на канале «Культура» и ситуацию на канале «Культура». Вот канал «Культура» сообщает: в Чикаго происходит то-то, в Лондоне происходит то-то, а в Нижнем Новгороде происходит «Сахаровский фестиваль» и фестиваль «Другая музыка» Арво Пярта, а канал «Культура» показывает нижегородцам фигу из трех сложных партий. Вот, что такое канал «Культура».

Александр Сысоев: Об экспорте!

Георгий Молокин: Да нет! Ребят, забудьте о канале «Культура» в нынешнем его состоянии.

Александр Суханов: Уважаемые коллеги, вы хотели что-то сказать?

Анна Таланова: Я можно тогда скажу?

Александр Суханов: В микрофон.

Анна Таланова: Да. Я знаете, что хочу сказать? Я здесь первый и, наверное, последний раз, поэтому такое практическое замечание.

Александр Сысоев: Почему последний?

Александр Суханов: Так не понравилось, что не придете?

Анна Таланова: Очень интересно. Но я же случайно — вместо Романа Юрьевича занесло меня. Знаете что? Очень много все говорят о том, что хотят изменить. Это такое просто рассуждение. Слушала вас. И вот этот проект, который предлагает Георгий Сергеевич — проект, который может сработать на решение очень многих проблем. С точки зрения даже пиара, в нем заложена эта идея нижегородского ополчения — извините уж.

Георгий Молокин: Это правда.

Анна Таланова: И когда каждый из людей в Нижнем Новгороде будет причастен к празднику своего города и внесет маленькую лепту от монетки до сколько-то — это все, во-первых, объединит нижегородцев. Объединит все равно. И если это будет праздник не когда кто-то построит что-то и великое сделает, а — даже говорю с точки зрения пиара — нижегородцы сделали праздник своими руками: каждый из нижегородцев внес свою лепту, 800 лет отметили, и все про это узнали. Вот тогда в этом будет и пиар, который, конечно же, нужен Нижнему Новгороду, и в этом будет воспитательная и образовательная работа. Потому что здесь хороший момент, когда через вот эту систему единства оповещения всех... Вообще, если вы посмотрите, сейчас в Нижнем Новгороде формируются некие сообщества. Facebook-сообщество — это уже есть некая такая сила, которая так же сидит и обсуждает. Есть замечательная Александра Лорьевна, которая придумывает проект «Культурные районы», и он очень вписывается. (Георгию Молокину) Я посмотрела — она у вас есть. То есть, здесь есть очень много людей в списке, которые могут эту информацию распространить и охватить весь город. И сюда очень многие проекты вписываются. И он силен вот этой идеей народного ополчения — извините, повторюсь.

Поэтому, если каждый, может быть, из нас тоже, может быть, что-то сделает. И, может быть, это будет какой-то шаг к решению. Решение к чему-то — не пустословие. Ну, вот так.

Георгий Молокин: Спасибо на добром слове.

Александр Суханов: К сожалению, регламент мы исчерпали...

Владимир Лапырин: К счастью, к счастью!

Александр Суханов: Поэтому мы как ведущие отказываемся от каких-то больших заключений. Я — буквально три фразы.

Прежде всего, если говорить о программе, которую мы планировали, из того, что было сказано, я сделал какой вывод? Культуры много не бывает. Ее всегда мало, ее всегда хочется и нужно больше.

Второй вывод — что условием развития культуры являются, с одной стороны, вроде бы говорили финансы, но главное — это все-таки наличие того человека, инициатора, творца, который это может сделать и делает. Инициирует, вокруг себя собирает людей, и так далее. Пример проекта, который представил Георгий Сергеевич, об этом свидетельствует. Я думаю, что вокруг этого проекта еще будут объединяться постоянно новые и новые люди.

Ну, и третий момент — управлять культурой, конечно, можно, но, наверное, не нужно. Главное в управлении культурой, на мой взгляд — это создание условий для свободного творчества, свободного развития. И принцип, который здесь прозвучал — медицинский, по сути дела: «Не навреди и не мешай».

Вот, наверное, на этом можно было бы и закончить.

Единственный еще хотел сказать момент. Тоже вот навеяло. По каналу культуры импортному в сетях идет бесконечный сериал «Музейные тайны» - обратил внимание. Что там за музейные тайны? А там говорят: «Вот в таком-то маленьком городке есть такой-то маленький музей. В этом музее среди экспонатов есть непонятная вещь». Почему она сюда попала, история этой вещи, реклама музея, привлечение, патриотизм и все вместе.

У нас сегодня с вами художественный музей хорошо себя поставил, чувствуется смена руководства. А вот, например, исторический музей — я его сегодня не нашел, он разобщен на десяток учреждений.

Владимир Лапырин: Да его нету просто. Просто нету, Саш.

Александр Суханов: А мы говорим о 800-летии города. Какое 800-летие, когда в городе нет нормального исторического музея?

Владимир Лапырин: Я только одно хотел сказать — то, с чего начинал, то, чего не раз уже говорил Георгий Сергеевич и на наших круглых столах, и на отдельных, и на конкретных. У нас бывают очень конкретные столы. Сегодня, допустим, слишком общий. Я хотел сказать об имидже города. Мы очень часто о нем заботимся, говорим большие слова, и много-много слов, но сегодня имидж города зависит, прежде всего, от первых лиц города. Потому что где у нас эти ушедшие недавно лица-то? У одного скоро суд, другой — где-то за рубежами, тот же Канилин — где-то на Майами, ну и так далее, и тому подобное. Понимаете?

Александр Сысоев: Да кто же их выбирал-то?!

Владимир Лапырин: Да не в этом дело. Я просто говорю о чем? О том, что есть слова большие и есть слова конкретные. То, о чем мы говорим — о чистоте города. Ну, хотя бы с нее начать к 800-летию — и то уже будет конкретное дело.

Александр Суханов: Песок закончился.

Владимир Лапырин: Проект Георгия Сергеевича, наверное, всем послужит, станет объединяющим...

Александр Суханов: Всем спасибо за участие, за терпение.

Георгий Молокин: Перефразирую Симонова. Культуры много не бывает — кто это признавать боится, наверно, или убивает, или готовится убиться.

Александр Суханов: Все. Спасибо всем!

 


04.12.2018

Контекст

Аналитика

Продукты питания: что производим, чем торгуем, что покупаем?

Представляем вниманию читателей стенограмму заседания Нижегородского эксперт-клуба, прошедшего 28 ноября 2018 года.

Политическая матрица Нижегородской области (16-30 ноября 2018 года)

«Полит-НН.Ру» представляет вниманию читателей исследование «Политическая матрица Нижегородской области» за вторую половину ноября 2018 года.

Тенденции

Что власти обещали Нижнему к 800-летию

Нижний Новгород готовится к 800-летию, которое состоится в 2021 году. Однако уже сейчас понятно, что некоторым обещаниям, данным бывшими чиновниками, не суждено сбыться.

Недостроенный центр

В очередной раз было заявлено, что в нашем регионе создадут центр по адаптивным видам спорта для подготовки паралимпийцев.

Дискуссия

Суд над Сорокиным. День четвертый

В суде начали зачитывать обвинительное заключение. Сорокин обвиняется в  соучастии в похищении человека и получении должностной взятки в особо крупном размере «в форме услуги».

Кто виноват в трагедии?

Прошло полтора месяца с ужасной трагедии, которая произошла в отеле «ForRest house» в Городецком районе. Во время пожара погиб ребёнок...

Реклама



Лукоморье

О стремлении к совершенствованию

И придумал Баран Ломбардский, чтоб в Палатку чиновники да депутаты кандидатов двигали. Так-то оно спокойнее. А что такого-то? А не всяк ли у нас Общественность? А не всяк ли у нас Народ?

О тонкостях благоустройства

И вот что ни благоустрой Народу – все ему не так, все он тоскует, ворчит да изъяны выискивает.

 
Редакция:
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит-НН.ру обязательна. Все права защищены и охраняются законом. © Полит-НН.ру, 2005г.